что по мнению датчан у шведов лучше чем у них
Датчане любят говорить: «У нас всё лучше, чем в Швеции. » (см.) Что это?
Датчане любят говорить: «У нас всё лучше, чем в Швеции: климат, природа, народ, история, и только одно у шведов лучше». Что именно?
Эту загадку я слышал от своих друзей, когда я отдыхал на юге, и ответ будет: соседи.
В Швеции лучше только соседи.
Продолжение этой шутки или загадки удалось найти сразу, датчане не прочь похвалить себя говоря о своей замечательной природе, истории и климате, и только одно хорошее находят у шведов это- Соседей. А учитывая что соседи это сами датчане, то хвалят они снова сами себя.
Очень интересное задание, датчане любят говорить, что в их стране все лучше, чем в соседней, отделенной от них только узким проливом Каттегат, Швецией. Так что логичным будет предположить, что именно соседи, то есть, те же датчане, и будут лучшим, что есть в Швеции по сравнению с Данией. Ответ тут СОСЕДИ.
Даже не зная правильный ответ на вопрос, можно отгадать верный вариант. Дания расположена рядом со Швецией, поэтому хвастливые датчане шутят, что только соседи у Швеции лучше, так как этими соседями сами датчане и являются.
Юмор датчан в отношении шведов всегда предсказуем. Как и повод похвастаться перед соседями своим превосходством.
СОСЕДИ именно это понятие служит продолжением поговорки.
Датчане завидуют шведам, имеющим и северное сияние и северных оленей, и незаходящее летнее солнце. При этом они с удовольствием используют соседнюю Швецию в качестве курорта и места отдыха, где наслаждаются шведскими северными красотами.В последнее время отмечена даже
тенденция увеличения миграционного движения датчан в Швецию и активная скупка ими земельных участков и недвижимости. Правда при этом датчане считают, что шведы не могут сами оценивать их по достоинству и даже не вполне их заслуживают, да еще и требуют от приезжих датчан за них слишком дорогую оплату.
Верный ответ «соседи». Очень ёмкая и забавная фраза, с чувством юмора у её автора точно прекрасно. Эту шутку можно переиначить к любому Государству или даже городу. Я её не знала, но теперь точно запомню.
Очень своеобразный юмор у этих самых датчан: они ещё могут в этом плане и с англичанами посоревноваться.
Всё у них самое лучшее, только вот соседи, то есть шведы, их подвели.
Правильным ответом на данную загадку-шутку будет слово соседи.
5 правил жизни датчан, которые вас сильно удивят
В скромных, добродушных и миролюбивых датчанах с трудом можно узнать их воинственных предков. О викингах напоминает лишь внушительная внешность жителей маленькой страны: средний рост мужчины — от 1,9 м, женщины — от 1,8 м. Современные датчане не задерживаются на работе, не любят делать несколько дел сразу и превыше всего ценят тепло и уют. Возможно, поэтому их считают самыми счастливыми людьми в мире.
1. Переспрашивай
Первое, что поражает иностранцев в Дании, — устная речь: слова здесь произносят совсем не так, как пишут. Шведы шутят, что датчане говорят так, будто во рту у них горячая картошка: пропускают половину звуков и объединяют целые предложения в одно слово, до чего далеко даже французам.
2. Не извиняйся
Датчане доброжелательны и дружелюбны, но стандартными формулами вежливости пользуются редко, так что «спасибо» и «извините» от них практически не услышишь. А слова «пожалуйста» в датском языке и вовсе нет. В транспорте или магазине они никогда не подвинутся, чтобы пропустить друг друга, а перегородив проход чемоданом, не станут извиняться. Впрочем, остальные этого и не ждут.
3. Крути педали
По количеству двухколесного транспорта на душу населения датчане уступают лишь голландцам: на 5,8 млн жителей Дании приходится 4,5 млн велосипедов и вдвое меньше автомобилей. По территории страны положено 12 тыс. км велодорожек, а в Копенгагене на велосипедах ездит половина горожан — от школьников до министров. Во-первых, это гораздо дешевле, чем на машине — бензин в Дании дорогой, во-вторых, удобнее — нет проблем с парковкой, в-третьих, полезно для природы и для здоровья.
4. Не перерабатывай
У большинства датчан рабочий день начинается в 8:00 и заканчивается в 16:00. На деле это означает, что с 8 до 9 они добираются на работу, с 15 до 16 собираются домой, а в процессе прерываются на обед и два кофе-брейка. Социально ориентированное государство строго следит за тем, чтобы никто не перетруждался: магазины закрываются в 17:30, а врач не может задержаться в клинике даже чтобы сделать операцию. Зато у датчан самая высокая в ЕС удовлетворенность условиями труда, а расслоение в обществе сведено к минимуму.
5. Будь счастлив!
С недавних пор самым популярным датским словом стало hygge, которое невозможно перевести буквально: оно означает теплое чувство уюта, радости, единения и, возможно, происходит от норвежского hugga — «комфорт». Вечер в компании друзей, детский смех, теплый плед, кофе с лакрицей и прочие милые мелочи — все это «хюгге», рецепт счастья по-датски. Домашним уютом тут дорожат в первую очередь из-за суровой погоды: полгода в стране идет дождь и дует резкий северный ветер.
Курьезы «скандинавского дома»
Данию, Швецию и Норвегию привыкли рассматривать как единую общность, сформированную географическими, социально-экономическими и культурными условиями. Действительно, в своём историческом развитии эти страны прошли ряд общих этапов. Но едины ли они сегодня?
Единство скандинавских стран имеет глубокие корни в общей культуре, религии и языке, но прежде всего – в истории. В ней бывало всякое – ведь даже несмотря на Кальмарскую унию, объединившую Данию, Швецию и Норвегию в единое государство ещё в 1397 году, скандинавы веками вели между собой затяжные войны, которые историки причисляют к наиболее жестоким и кровавым в Европе. Тем не менее, уже к началу XIX века в Дании зародилось панскандинавское движение, распространившееся и на остальные страны региона. Довольно скоро, впрочем, выяснилось, что идея «общего скандинавского дома» толковалась по-разному. Если для датчан скандинавизм был, в первую очередь, средством противостояния прусской экспансии, то для шведской правящей элиты – идеологическим обоснованием политики расширения пределов страны.
Принципы скандинавизма возродились в новом качестве после окончания Второй мировой войны. Сегодняшние интеграционные процессы в Европе побуждают скандинавов бережно относиться не только к собственному национальному менталитету, но и приглядываться к особенностям и традициям ближайших соседей. При этом наиболее любопытным зачастую оказывается не сходство, а различия в восприятии, проявляемые скандинавами на уровне стереотипов.
— В содружестве нордических стран всегда существовала своеобразная иерархия. «Старшим братом» в семье традиционно считается Швеция – это самая населённая страна в регионе, у неё сильная экономика, представленная концернами Volvo, Ericsson, Electrolux и многими другими. За ней следует Дания, гораздо чаще, впрочем, ассоциирующая себя с континентальной Европой – ведь датчане раньше других скандинавов интегрировались в общеевропейские структуры. А замыкает список Норвегия – государство сравнительно молодое. Особую гордость у норвежцев вызывает превращение их страны в нефтяную державу, вошедшую к концу XX века в число самых богатых стран мира, – говорит датский социолог Хелен Бисгорд.
Известный советский писатель и журналист 1960-х Геннадий Фиш подметил однажды, что шведы – это скандинавские англичане, датчане – французы, а норвежцы – русские. И действительно, в глазах иностранца шведы выглядят порой несколько церемонно и чопорно, датчане более других обладают чувством юмора, а норвежцы наиболее отзывчивы и открыты для общения. Разумеется, отличительные черты каждого из трех скандинавских народов дают им повод для бесконечных упражнений в остроумии и вышучивании друг друга.
Межкультурные различия эти изящно обозначены датским юмористом Вилли Брайнхольстом в новелле «Скандинавский викинг сегодня»:
«Если взять шведского, норвежского и датского викинга и посадить их за хорошо сервированный стол, то разница между ними сразу же станет очевидной. Швед голубоглаз, худощав и очень высок, он выше остальных – настолько выше, что ему иногда предлагают сесть, хотя он уже давным-давно уселся. Датчанин голубоглаз, невысок и кругл – он круглее всех. Это последнее объясняется тем, что Дания – сельскохозяйственная страна, а любимое занятие датчанина – еда. Среди трех скандинавов отличить норвежца довольно легко. Во-первых, он сам с первых же слов обратит ваше внимание на то, что именно он является норвежцем. Во-вторых, его можно узнать по значку в петлице: значок представляет собой либо норвежский флаг на фоне эмблемы лыжного клуба, либо эмблему лыжного клуба на фоне норвежского флага».
Проблемы взаимовосприятия являются одной из излюбленных тем скандинавской прессы, нередко публикующей данные разнообразных социологических опросов. Так, крупнейшая шведская газета Dagens Nyheter приводит отзывы о шведах их скандинавских соседей – и картина выглядит не вполне радужной. Датчане считают шведов слишком наивными и скучными, не забывая при этом подколоть их привычкой отовариваться в Дании спиртным по более низким ценам. Норвежцы также не в восторге от соседей-шведов: шведская суховатость и стремление все планировать в сочетании с чрезмерной законопослушностью изрядно их раздражает.
Иногда дело доходит до курьёзов. Так, отношения между Швецией и Данией однажды едва не испортились из-за того, что шведский мебельный гигант IKEA называл свои половики для вытирания ног в честь датских городов, хотя более элитной продукции – такой, как диваны и кровати, – давались имена городов Швеции, Норвегии и Финляндии. А у норвежцев до сих пор свежа в памяти реплика шведского министра экономики Бьёрна Русенгрена, назвавшего их страну «последним советским государством» – так госчиновник откомментировал в эфире срыв сделки между компаниями Telia и Тelenor, будучи уверен, что телекамеры уже отключили.
Впрочем, всё это детали, не меняющие картины в целом: единение скандинавских народов – явление реальное и даже выходящее за пределы государственных границ. Так, по статистике, за последние десять лет количество датско-шведских браков увеличилось более чем в два раза. При этом в абсолютном большинстве случаев семейный союз заключается между датчанами и шведками, и намного реже шведские мужчины женятся на датских женщинах. Рост числа межнациональных браков экспертами объясняется просто: сегодня немало холостых парней из Дании приезжают в южную Швецию в поисках работы. Так что прав был датчанин из новеллы Брайнхольста, утверждавший: «Мы ведь здесь в Скандинавии – как одна большая семья». «И на его лице написано, – замечает автор, – что он в восторге от больших семей».
Рутинные для Швеции вещи, которые вызывают только один вопрос: «А что, так можно было?»
1. Опоздать на встречу на несколько минут — немыслимое оскорбление. А вот отменить эту самую встречу минут за 15 до ее начала — нормальная практика. Можно даже по телефону не звонить, а отправить СМС: «Встречи не будет». Объяснять причину совсем не обязательно.
2. На территории Швеции выращивают огромное количество клубники, и все местные относятся к ней как к святыне. Рискните купить в середине лета клубничку родом из Польши или какой другой страны — мгновенно станете изгоем.
3. Если вы позвали шведа в гости, а он весь вечер отвечает на чужие звонки и не извиняется перед вами, не волнуйтесь: тут так принято. Трубку шведы берут всегда, в любых ситуациях и обстоятельствах.
4. Пойдете гулять со знакомым по улице и встретите его друзей — не удивляйтесь, если вас не познакомят. Люди в этой стране очень закрытые.
5. Многие завтракают вареными яйцами и пастой из икры. Ее продают в тюбиках, которые очень похожи на зубную пасту, что постоянно приводит в ступор приезжих.
6. Попросите шведа или шведку описать их квартиру, и они скажут вам: «53». Спросите про возраст, и услышите «1985» или просто «85». Имеется в виду 53 квадратных метра и 1985 год рождения. Вот такая одержимость цифрами. А если кто-нибудь скажет вам: «Давай поедем в отпуск на 32-й неделе», не пугайтесь: это значит в августе.
7. Пытаетесь учить шведский и обращаетесь на нем к местным? Отвечать вам будут по-английски, если услышат хоть маленький намек на иностранный акцент. Потому что шведы используют любую возможность, чтобы попрактиковать язык.
8. Парадокс, но местные жители обожают обниматься и делают это по любому поводу. Давно не виделись — нужно обняться. Вы проделали хорошую работу — нужно обняться. Вы огорчены чем-то — правильно, вас нужно срочно обнять. Конечно, так делают только друзья и родственники.
9. Если испачкаете чем-нибудь одежду или лицо, ни один человек, даже ваш друг, вам об этом не сообщит. Будете ходить грязными, пока сами это не заметите.
11. Шведы пользуются вилкой и ножом практически всегда. Например, когда едят пиццу или гамбургер. Разумеется, не все так делают, но тенденция есть.
12. Тут часто заводят детей до того, как вступить в брак. Речь не идет о случайностях — это сознательное решение. Дело в том, что шведы не относятся к заключению брака так трепетно, как большинство из нас. Например, по статистике за 2019 год, средний возраст первого вступления в брак — это почти 34 года и 36 лет для женщин и мужчин соответственно.
13. Когда вы считаете «раз, два, три. » и загибаете пальцы, то начинаете с указательного. Когда считают шведы, то на слове «раз» они загибают большой палец.
14. Заходите в полупустой вагон метро — садитесь как можно дальше от пассажиров. Для всех тех, кто занимает места рядом с сидящими людьми, в шведском аду есть специальный котел. Это правило идет в связке с другим: прогуливаясь по улице, не смотрите незнакомцам в глаза и не улыбайтесь. В противном случае сойдете за фрика, безумца или дурачка.
15. У шведов есть такое понятие, как klämdag. Это что-то вроде неофициального выходного дня. Например, в этот четверг будет какой-то праздник и у всех выходной. В пятницу праздника уже нет, но пятница находится между четвергом и субботой — двумя выходными. Работать, как следствие, никому не хочется. И практически все в эту самую пятницу возьмут себе отгул. Это и есть klämdag.
16. Если швед купил билет в кино или театр, а зал пустой, он все равно сядет на то место, которое указано в его билете. Если кто-нибудь сидит там, швед ни за что не уйдет на свободное сиденье — он пойдет и попросит освободить ему место. Почему? Потому что так написано в билете. После начала представления или кино он, конечно, может пересесть уже туда, где ему будет удобно.
17. Во многих домах Швеции окна открываются не привычным нам образом — вверх, а вниз и наружу. Если говорить о разнице в устройстве дома, то можно отметить еще и лестницы. В шведских домах чаще всего ставят спиральные лестницы, а у нас предпочитают прямые.
18. Если кто-нибудь сделает вам комплимент, например по поводу карьерных достижений, не стоит с гордым видом говорить: «Спасибо». Шведы на вашем месте сказали бы что-то вроде: «Ой, нет, только не я, я совершенно обычный и непримечательный человек». Выделяться из толпы — хоть одеждой, хоть умом — тут не принято.
19. Поскольку выделяться не принято, то все одеваются более или менее одинаково. Когда будете гулять по шведским улицам, вам постоянно будет казаться, что вы встречаете одних и тех же людей. Но нет, они просто одеты в похожую одежду.
20. Несмотря на одинаковость, стиль в одежде у большинства местных жителей очень изысканный и дорогой. Кроме того, многие шведы держат себя в отличной форме и любят это демонстрировать. Такие образы буквально восхищают туристов, но в то же время и расстраивают, поскольку немного снижают самооценку приезжих.
21. У шведов особое отношение к очереди. Как минимум в Стокгольме повсюду есть автоматы по продаже билетов. Например, вы зашли в пекарню. Как вам попасть в очередь? Казалось бы, достаточно встать за последним человеком. Но в Швеции все иначе. Вы должны пройти к автомату и взять билетик, а потом уже занимать очередь и ждать, пока назовут ваш номер.
22. Шведы, которые считают себя крутыми, очень странно обращаются к незнакомцам. Они говорят супермилые вещи вроде «привет, сладкая» и «здравствуй, дорогуша». Почему? Даже уроженцы Швеции не знают причины.
23. Перед выходом из дома они смотрят в глазок, чтобы убедиться, что на лестничной клетке никого нет. Потому что шведы не хотят разговаривать с соседями. По этой же причине они не любят встречать на улице знакомых.
24. Если не хотите заработать депрессию, не спрашивайте шведа, как у него дела. Скорее всего, он не ответит что-то вроде «нормально, а у тебя?», а начнет на полном серьезе рассказывать о своих проблемах. А по признанию самих жителей Швеции, они очень любят жаловаться.
Как думаете, вам комфортно было бы жить в Швеции?
LiveInternetLiveInternet
—Музыка
—Фотоальбом
—Метки
—Рубрики
—Видео
—Поиск по дневнику
—Подписка по e-mail
—Интересы
—Друзья
—Постоянные читатели
—Сообщества
«О шведах, норвежцах и датчанах»
«О шведах, норвежцах и датчанах»
Глава из книги Т.А.Чесноковой «Шведская идентичность. Изменение национального менталитета»(М., РГГУ, 2008)
«О шведах, норвежцах и датчанах»
Этнический образ шведов в других скандинавских странах
Из всего многообразия этнических стереотипов этнология выделяет группу стереотипов восприятия, под которыми обычно понимается упрощенный, схематизированный, эмоционально окрашенный, устойчивый образ какой-нибудь этнической общности, распространяемый на всех ее представителей. С помощью этнических стереотипов формируется значительная часть представлений о разных народах. Разумеется, стереотипы лишь частично похожи на оригинал, но именно они “работают” в межкультурных контактах.
Содержание “образа Другого” определяется культурными ценностями конкретной этнической группы, социально-политическим и экономическим контекстом ее развития, характером исторических контактов.
Оке Даун обращал внимание на психологическое исследование профессора Андерса Ланге, где было представлено отношение шведов к различным этническим группам по принципу сходства/несходства.4 Шкала, по мере убывания сходства, выглядела следующим образом: норвежцы, датчане, финны, англичане, белые американцы, немцы, саамы, эстонцы, евреи, поляки, итальянцы, латиноамериканцы, югославы, греки, цыгане, турки, китайцы, черные африканцы. Шведы не используют слово “чужой” (frдmling) по отношению к своим скандинавским соседям, к англичанам, немцам и американцам.
В скандинавистике существует традиция рассматривать скандинавские страны – Швецию, Данию, Норвегию, – как единую общность, сформированную определенными географическими, историческими, социально-экономическими и культурными условиями. Несколько особняком стоят Исландия и Финляндия. Обращаясь к вопросам межкультурной коммуникации, следует выделять скандинавский регион в целом, учитывая как общие черты, характерные для каждой из трех стран, так и те различия, которые зависят от конкретных проявлений национального менталитета в коммуникационном процессе.
Скандинавские страны объединяет прежде всего их географическое положение на северо-западе Европы. Норвегия и Швеция поделили между собой Скандинавский полуостров, тогда как Дания расположена большей частью на островах и имеет сухопутную границу с Германией. Общность географических условий не в последнюю очередь послужила причиной и общих тенденций социально-экономического и общественного развития региона. Социальные изменения происходили здесь главным образом путем реформ, всегда поддерживались тесные хозяйственные связи друг с другом, возникали сходные системы политических партий. Все три государства – конституционные монархии. Такие организации межгосударственного сотрудничества, как Северный Совет и Совет министров северных стран, позволяют сделать вывод, что в скандинавском регионе с 1950-х годов существует общий рынок и свой северный ЕС.
В своем историческом развитии скандинавские страны прошли ряд общих для них этапов и в разные периоды образовывали различные государственные объединения. Эпоху викингов пережили народы всех трех стран. Примерно в одно время, на исходе эпохи викингов в Скандинавии распространилось христианство, и сегодня три страны исповедуют лютеранство. В Средние века, с целью противостоять усилению немецкой экспансии в Северной Европе (прежде всего Ганзейскому союзу), три государства подписали соглашение об унии (шведский город Кальмар, 1397 год). Это династическое и военно-политическое объединение получило название Кальмарской унии. Три страны объединились под властью датской короны, т.е. первенство в унии имела Дания, как самая населенная и богатая в то время из трех стран.
Но если Швеция с 1523 года стала существовать как независимое национальное государство, расторгнув унию, изгнав датчан и избрав на престол Густава Васу, – то Норвегия оставалась под властью Дании вплоть до начала XIX века, что неизбежно наложило отпечаток на общественно-политическое, экономическое и культурное развитие страны.
Только после Наполеоновских войн, по мирному договору 1814 года, Дания уступила Норвегию шведскому королю. Следовательно, Норвегия из датской провинции превратилась в относительно самостоятельное государство, вошедшее в унию со Швецией. 17 мая 1814 года Норвегия приняла свою первую конституцию в Эйдсволле. Как независимое национальное государство, Норвегия существует только с 1905 года, когда была расторгнута уния со Швецией. Нынешняя королевская династия в Норвегии ведет свое происхождение от датской.
Общность исторического развития обусловила собой и единство культуры скандинавских стран. И прежде всего это языковое родство скандинавов, что позволяет им с большей или меньшей степенью легкости понимать языки друг друга. Исландские саги, “Эдда”, поэзия скальдов – таково общее наследие древнескандинавской письменной культуры. Быт и нравы, обычаи и верования эпохи викингов отразились в этих литературных памятниках.
Интеграционные процессы последних десятилетий в Европе заставляют скандинавов больше изучать и собственный национальный менталитет, национальные особенности и традиции. На фоне процессов глобализации и объединения Европы заново уточняется скандинавская региональная специфика, общность скандинавской культуры. Но наиболее интересными и притягательными оказываются различия, а не сходство. И эти различия проявляются уже на уровне стереотипов восприятия друг друга, на уровне “образа соседа”, в несходстве менталитетов, на формирование которых оказали влияние в том числе и исторические конфликты и “обиды”.
Известный советский писатель и журналист Геннадий Фиш отмечал, что шведы – это англичане Скандинавии, датчане – французы, а норвежцы – русские Скандинавии. Действительно, шведы наиболее церемонны и чопорны, датчане больше других обладают чувством юмора и изяществом, а норвежцы наиболее открыты для общения и отзывчивы.
Конечно, “старшим братом” в Скандинавии по традиции считается Швеция. Она же и страна с наибольшей численностью населения в регионе ( около 9 млн. человек в Швеции, 5,2 млн.человек в Дании, 4,5 млн. человек в Норвегии). Норвежцев отличает яркое проявление патриотизма, возможно, в силу того, что их государство – сравнительно молодое. Источником особой гордости служит превращение Норвегии в нефтяную державу, вошедшую к концу XX века в число самых богатых стран мира. Дания же гораздо чаще относит себя к континентальной Европе и раньше других скандинавских стран была интегрирована в общеевропейские структуры.
Отличительные черты национальных менталитетов каждого из трех скандинавских народов дает им повод для бесконечных упражнений в остроумии и вышучивании друг друга. На юмористическом уровне межкультурные различия прекрасно описаны датским писателем Вилли Брайнхольстом в новелле “Скандинавский викинг сегодня”.
Писатель начинает с внешности своих героев. Если взять шведского, норвежского и датского викинга и посадить их за хорошо сервированный стол, то разница между ними сразу же станет очевидной. “Швед голубоглаз, худощав и очень высок, он выше остальных – настолько выше, что ему иногда предлагают сесть, хотя он уже давным-давно уселся.(. ). Датчанин голубоглаз, невысок и кругл – он круглее всех. Это последнее объясняется тем, что Дания – сельскохозяйственная страна, а любимое занятие датчанина – еда. (. ) Среди трех скандинавов отличить норвежца довольно легко. Во-первых, он сам с первых же слов обратит ваше внимание на то, что именно он является норвежцем. Во-вторых, его можно узнать по значку в петлице: значок представляет собой либо норвежский флаг на фоне эмблемы лыжного клуба, либо эмблему лыжного клуба на фоне норвежского флага”.
Забавны и не лишены истинности описания скандинавских языков в новелле. Шведский считается одним из самых красивых в мире. “Торжественная месса, фанфары, колокола Миланского собора – вот что такое шведский. Норвежский язык сразу же наводит на мысль о том, что Норвегия – горная страна. Когда норвежец начинает говорить, кажется, что он привык беседовать на расстоянии: он, скажем, в долине, а его собеседник – на вершине горы. (. ) Датский же язык, если верить норвежцам и шведам, и не язык вовсе, а катар верхних дыхательных путей”.
Если же заставить героев новеллы высказаться друг о друге, то норвежец, скорее всего, скажет о своих скандинавских братьях что-нибудь вроде: ”Они же не виноваты, что они не норвежцы”. Датчанин вспомнит оккупацию Норвегии во второй мировой войне: “Норвежцам тяжело приходилось в войну, они сражались как черти”, – а про шведов добавит, что они “тоже хороший народ, особенно когда один на один встречаешься и есть что выпить”. Швед будет характеризовать других скандинавов следующим образом: норвежцы – закоренелые индивидуалисты, каждый норвежец – сам себе королевство, а датчане – веселые и напористые.
Новелла Брайнсхольта отразила в юмористическом свете те самые стереотипы, которые были сформированы в условиях определенного общественного развития, совместного исторического и культурного опыта.
В этнологии разделяют понятия этнических стереотипов и этнического образа.6 Образ представляет собой выражение основных типических свойств и основывается на чувственном восприятии представителей других этносов. Выделяя какую-то специфическую черту поведения индивида, этнический образ формирует общее представление о представителях того или иного этноса в целом. Проблемы взаимовосприятия и межкультурной коммуникации часто освещаются в прессе скандинавских стран, где публикуются, в частности, данные разнообразных социологических опросов. Так, крупнейшая шведская газета “Дагенс нюхетер” приводит отзывы о шведах их скандинавских соседей, включая финнов. Согласно этим данным, современные датчане считают шведов слишком скучными и наивными, а их жизнь – чересчур регламентированной. Они высмеивают законопослушных шведов и огромное количество всяких запретов и правил, которым те подчиняются.
Наивными и слишком доверчивыми представляются шведы датчанам и в деловой жизни. Наконец, датчане с ужасом взирают на шведскую государственную политику в сфере продажи алкоголя и подсмеиваются над шведами, приезжающими в Данию закупать алкогольные напитки по более низким ценам. Однако сами шведы говорят, что датчане рано или поздно перенимают у шведов все то, над чем сперва потешались, –ремень безопасности в машине, шлем для велосипедистов и пр.
Норвежцы тоже не в восторге от законопослушных шведов, которые всегда подчиняются вышестоящим инстанциям. Сами же норвежцы как раз не любят склоняться перед авторитетами, они более независимы и индивидуалистичны, более своенравны. Вместе с тем они признают, что шведы в сравнении с ними более цивилизованы. Однако шведская чопорность, натянутость, стремление все планировать изрядно раздражают норвежцев. В ходу у норвежцев выражение: “en stiv svenske” (чопорный швед).
Финны же видят шведов как людей излишне обстоятельных, основательных, долго планирующих каждый свой шаг, в известной мере нерешительных. Финны считают также, что шведы слишком уж вежливы, любезны, иногда можно быть и погрубее. Финны сравнивают шведа с медвежонком, который сидит в своей большой и надежной Вольво и всю жизнь едет со скоростью 90 км в час. Шведы же часто посмеиваются над неумеренным употреблением алкоголя в Финляндии.
Стереотипные представления скандинавов друг о друге десятилетием ранее, в 1980-е годы, представлены в книге известного шведского этнолога Карла-Улова Арнстберга “Шведскость. Культура, отрицающая культуру”. Глава “Между скандинавами” по сути и основана на большом эмпирическом материале, собранном автором. Один из главных выводов Арнстберга: датчане более критично относятся к шведам, чем норвежцы. Если норвежцы считали шведов “старшим братом”, людьми педантичными, аккуратными, великодушными, то датчане, видя в шведах людей рассудительных, компетентных, любящих планирование, оценивали их также как лицемеров и формалистов. Шведы же традиционно воспринимали норвежцев как расторопных, открытых, сговорчивых, слишком откровенных, националистически настроенных, а датчан – как приветливых, ироничных, эгоистичных, скупых, аморальных.
Остановимся более подробно на тех дискуссиях и публикациях, в которых отразилось восприятие шведов датчанами и норвежцами.
Питер Гунделак, профессор социологии Копенгагенского университета, издал в 2002 году книгу “Det er dansk”, где отдельная глава посвящена тому, как датчане и шведы описывают друг друга. Автор делает вывод, что почти все датские тексты о шведах – негативные, в ходу у датчан понятие “Forbudssverige” (Швеция – страна запретов), – тогда как шведские тексты описывают датчан в более положительном духе. Дания воспринимается как южная (по отношению к Швеции) страна, где люди живут свободнее, легче, радостнее.
Ранее тот же автор, исследуя шведскость в своей монографии “Tillfжldet Sverige” (1983, 2-е изд. – 1990), констатировал, что датчане воспринимают шведскость как что-то вроде психического заболевания, симптомы которого – лицемерие в вопросах алкогольной политики, двойная мораль и т.п. Мифы в этих описаниях развенчивает Ёран Эрикссон в статье “Братская любовь”.10 Впрочем, мифом является и датская свобода от условностей. По мнению Эрикссона, в датском обществе на самом деле еще больше правил и более жесткая регламентация, чем в шведском.
Посольство Швеции в Копенгагене заказало проведение исследования, на результаты которого ссылается Эрикссон. Оно показало, что в действительности датчане думают о шведах гораздо лучше. Однако чем лучше датчане думают о шведах, тем более прохладно относятся к ним сами шведы.
Питер Гунделак выделяет в автостереотипе датчан представление о “датской душевности”. Сами датчане видят в этой душевности, приветливости, добродушии (hygget) типично датскую черту, которой нет у других народов. Шведы, однако не видят в этом душевном общении ничего, кроме “манеры расслабиться и выпить пива в компании друзей”. Оборотная сторона датского автостереотипа – самодовольство. Многие датчане уверены в том, что их страна – лучшая в мире и что сам мир был бы лучше, если бы брал пример с датчан (по замечанию Ёрана Эрикссона, гораздо меньше шведов думают так о Швеции).
Своеобразные наблюдения над природой шведского менталитета принадлежат современному датскому режиссеру Симону Стахо. Он снял целый ряд фильмов о Швеции, со шведским актером Микаэлем Персбрандтом в главных ролях, и эти фильмы стали широко известны в Швеции: “Dag och natt” (2004), “Bang bang orangutang” (2005). Герой фильмов – современный швед, который большую часть времени проводит за рулем своей машины, “в столкновении с действительностью”.
В интервью “Дагенс нюхетер” режиссер сказал, что чем больше он находился в Швеции, тем больше его интересовало шведское общество и особенности менталитета. Симон Стахо считает, что у шведов гораздо выше уровень амбиций, притязаний, перфекционизма, чем у многих других народов. Поэтому борьба между желанием сделать успешную карьеру и любовью, семейными ценностями – более кровавая именно в Швеции. “Страна переполнена маленькими атомными бомбами, сидящими за рулем своих больших автомобилей, направляющимися в свои великолепные виллы.”
Часто можно услышать мнение о том, что Дания и Норвегия испытывают “комплекс младшего брата” по отношению к Швеции. Комплекс связан с историческим прошлым скандинавских народов. В частности, Норвегия не забыла расторжения унии и различной позиции Норвегии и Швеции во Второй мировой войне. Некоторая неприязнь к шведам сочетается с пресловутым комплексом младшего брата, несмотря на норвежский нефтяной бум и победы в спорте. Однако мифологизация этого комплекса отчасти подверглась критике в 2005 году, когда праздновалось 100-летие расторжения унии между Швецией и Норвегией и когда увидело свет много новых изданий по этому вопросу.
Будучи “младшим братом”, Норвегия тем не менее опережала Швецию во многих отношениях: в ней раньше началось строительство железных дорог, раньше была создана рабочая партия, раньше введено всеобщее право голоса и для мужчин, и для женщин. Многие реформы в социальной сфере (школы, больницы и пр.) тоже были проведены норвежцами ранее шведов.
Норвежская конституция 1814 года была гораздо радикальнее шведской 1809 года. Известный шведский историк Свен-Эрик Лидман утверждает, что в своем политическом развитии Норвегия, по сути, всегда опережала Швецию.13
Гейр Лундестад, известный историк и директор норвежского Нобелевского комитета, считает, что главное в норвежской идентичности – это идеал равенства, т.е. приверженность социалистической идее.
Вместе с тем следует добавить, что обратная сторона равенства, где знак плюса меняется на знак минуса, – “закон Янте”, т.е. подавление личности коллективом.
Томас Хюлланд Эриксен, профессор социальной антропологии университета Осло, издавший в 1990-е годы книги о “типично норвежском” и о норвежской идентичности,15 подвергает критике национально-романтический образ Норвегии. Он считает, что нефтяные деньги, сделавшие Норвегию самой богатой страной в Европе, вместе с тем превратили ее в страну самодовольную, эгоцентричную. Мещанское самодовольство ведет к националистическому самовосхвалению.
Не обходится без скандалов между Швецией и Норвегией в оценке друг друга. “Норвежцы – это последнее советское государство. Они неслыханные националисты. И у них все – политика”, – такие слова произнес в 1999 году шведский министр экономики Бьёрн Русенгрен, комментируя неудачу сделки между компаниями Телиа и Теленор по шведскому телевидению, думая, что камера уже выключена. Впоследствии он объяснил, что это шутка и через норвежское телевидение публично извинился перед норвежцами, оскорбленными подобными высказываниями. Тем не менее, несмотря на официальные извинения, шведы продолжали цитировать эти слова и включили выражение о Норвегии как последнем советском государстве в свой словарь “крылатых слов”.
Известный шведский писатель и журналист Херман Линдквист, автор многотомной “Истории о Швеции”, рассуждал в юбилейный 2005 год о том, почему норвежцы удачливее шведов. По его утверждению, норвежцы в своей истории были более миролюбивы, чем шведы. Норвегия только один раз нападала на Швецию – в 1249 году, тогда как шведская армия то и дело вторгалась в Норвегию, извиняя это нападением со стороны Дании. В роли жертвы, таким образом, чаще всего оказывалась Норвегия, но потом она вела борьбу за независимость и наконец стала свободной.
На таком историческом фоне у норвежцев больше, чем у шведов, развито национальное самосознание.
Херман Линдквист вслед за многими другими повторяет, что вряд ли найдется еще в Европе два народа, которые были бы так близки по своей истории, культуре, языку, как шведы и норвежцы. Очень похожи и автостереотипы шведов и норвежцев. И те, и другие считают себя лучше других и полагают, что мир должен брать с них пример, если сам хочет измениться к лучшему. По меткому замечанию автора, “шведский и норвежский автостереотипы сталкиваются друг с другом, как щиты викингов в ближнем бою”.