что погубило советский союз генштаб и экономика
Что погубило Советский Союз?
« Любая страна, выделяя ресурсы на оборону, стоит перед тяжелым выбором: направить эти ресурсы на содержание и оснащение большой постоянной армии с перманентно устаревающим и нуждающимся в обновлении вооружением в ущерб своей гражданской экономике и ее конкурентоспособности, либо направить эти ресурсы на создание потенциала по производству новейшего вооружения в случае необходимости. В последнем случае страна довольствуется поддержанием небольшой армии мирного времени и не стремится догнать и тем более превзойти своих вероятных противников в численности армии и количестве ее вооружения.
С одной стороны, Советский Союз всячески пытался превзойти своих противников в наличной военной мощи, не обращая внимания на тот ущерб для своего экономического потенциала, который стал неизбежным следствием погони за военным паритетом и тем более превосходством над экономически более сильным соперником. А, с другой стороны, он затрачивал огромные ресурсы на наращивание своих мобилизационных мощностей как в специализированной военной промышленности, так и в базовых отраслях экономики. »
« Возникла абсурдная ситуация. Советская экономика давно уже перевыполнила задание Сталина по производству стали, угля и нефти, которые он поставил в 1946 г. с тем, чтобы оградить СССР «от всяких случайностей». И тем не менее экономика испытывала дефицит во всех этих материалах и стремилась произвести их как можно больше. В то же самое время колхозные поля на территории всей страны были усыпаны многими миллионами тонн металлолома от сломанных тракторов, в то время как заводы все более ускоренными темпами увеличивали их производство. Промышленное оборудование и машины из года в год становились все более металлоемкими. Водители грузовых автомобилей сливали в канавы миллионы тонн горючего только для того, чтобы, избавившись от него, доказать, что они выполнили план по километражу и тем самым заработать несколько дополнительных рублей (их зарплата зависела от достигнутого километража, а последний должен был соответствовать количеству затраченного горючего). Вдоль железных дорог громоздились горы гибнущих под дождем удобрений, в то время как производительность сельского хозяйства непрерывно падала. Этот парадокс можно легко понять, если учитывать, что фабрики по производству удобрений строились и поддерживались в действующем состоянии в первую очередь в качестве резервной базы для боеприпасной промышленности.
Хотя подлинные масштабы советских мобилизационных приготовлений к будущей войне до сих пор остаются тщательно охраняемой тайной, можно смело предположить, что они были близки к советским представлениям о приготовлениях США, с которыми Советский Союз стремился достичь паритета по всему диапазону военных усилий. Если взять оценки советским Генштабом американских мобилизационных возможностей за базу для расчетов, то, используя таблицы межотраслевого баланса, можно приблизительно оценить то количество металла, нефти, каучука и других материалов, которые Генштаб считал необходимыми для производства всего того вооружения, которое было предусмотрено мобилизационными планами Генштаба.
Я уверен, что полученные при этом гигантские цифры поразят воображение. И они объяснят многое из того, что происходило в советской экономике. Во-первых, станет ясным, что оборонная промышленность выпускала в мирное время большое количество вооружения и военной техники просто для поддержания «теплой» производственной базы, позволявшей быстрее выйти на полную мощность в случае мобилизации.
В «дефицитной» советской экономике никого не беспокоили низкое качество и убогий внешний вид гражданских изделий, выпускавшихся оборонными предприятиями. Потребителю приходилось их покупать за неимением чего-либо лучшего. Естественно, что ВПК ревниво оберегал свою монополию на производство товаров длительного пользования (телевизоров, радиоприемников, холодильников, стиральных машин и т.д.), оправдывая свой монополизм необходимостью поддержания мобилизационной базы.
В-третьих, в интересах поддержания мобилизационной готовности многие предприятия были вынуждены поддерживать более высокий по сравнению с потребностями мирного времени уровень производства по причинам технологического порядка, ибо многие производства (выплавка алюминия, производство кокса) требуют обеспечения непрерывного производственного цикла. Наглядным примером служит алюминиевая промышленность. В настоящее время Россия ежегодно выплавляет более 3 млн. тонн алюминия, в то время как внутреннее потребление не превышает 200-300 тыс. тонн в год. Весь остальной алюминий идет на экспорт. СССР производил 4 млн. тонн алюминия в год, выделяя на экспорт лишь незначительную часть этого количества. Некоторая часть выплавляемого алюминия ис-пользовалась в военном производстве, однако основная его масса шла на производство низкокачественных изделий или просто в металлолом. Объяснялось это расточительство необходимостью поддержания алюминиевой промышленности в состоянии постоянной готовности для удовлетворения огромного скачка в использовании алюминия в военных целях в случае мобилизации.
По той же самой причине в СССР в излишнем количестве производились сталь, титан, магний и другие металлы, а также станки и даже транспортные средства. То есть, на деле экономика СССР была экономикой перепроизводства, а не дефицита.
Исследования, проведенные Институтом народнохозяйственного прогнозирования Академии наук СССР в конце 80-х гг., свидетельствуют, что если бы вся продукция советского машиностроения была оценена по мировым рыночным ценам, то оказалось бы, что доля вооружения составила бы более 60% этой продукции, а доля товаров народного потребления не превысила 5%. Эти цифры показывают, что уровень милитаризации советского машиностроения был феноменально высоким.
Однако, к сожалению, эти выводы Института народнохозяйственного прогнозирования были или проигнорированы большинством официальных лиц и экономистов, или некритически цитировались (и до сих пор цитируются) как доказательство того, что машиностроение расходовало на военное производство 60% физических ресурсов (то есть металла, энергии, рабочей силы, производственного оборудования и т.д.).
Совершенно ясно, что высокий уровень милитаризации машиностроительной промышленности объяснялся в первую оче-редь чрезвычайно низкой производительностью гражданского сектора этой отрасли. Это явилось следствием того, что в течение более чем полувека все лучшие технологии, материальные и людские ресурсы направлялись именно в военные и связанные с ними отрасли, в то время как гражданские производство и инфраструктура обрекались на частичную или полную неэффективность. Отсталость гражданского сектора была прямо пропорциональна тем ресурсам, которые отрывались от него в пользу производства военного. »
Отсюда кстати не сложно понять почему ВВП после перестройки упал в два раза и советские заводы были заброшены а станки пущены на металлолом (лучшее применение для них). Вообще, конечно, вряд ли в крахе экономики СССР повинен один ВПК.
Например такой существовал родовой порок как план по валу, сущность которого раскрыта здесь.
Что погубило советский союз генштаб и экономика
Максим Лебский запись закреплена
Шлыков В.В. Что погубило Советский Союз?
«Сейчас уже трудно поверить, что немногим более десяти лет назад и политики, и экономисты, и средства массовой информации СССР объясняли все беды нашего хозяйствования непомерным бременем милитаризации советской экономики. 1989–1991 годы были периодом настоящего ажиотажа по поводу масштабов советских военных расходов. Печать и телевидение были переполнены высказываниями сотен экспертов, торопившихся дать свою количественную оценку реального, по их мнению, бремени советской экономики. Чаще всего цитировались академики Юрий Рыжов и Георгий Арбатов, считавшие, что советские военные расходы никак не могут быть ниже 200 млрд рублей и это при том, что в 1989 году официальный военный бюджет СССР был утвержден в размере 20,2 млрд рублей, что соответствовало 4,1% всех бюджетных расходов или примерно 2% советского ВНП.
Многие высшие государственные и даже военные деятели также предпочитали открещиваться от официальных бюджетных данных. Одним из первых это сделал министр иностранных дел Эдуард Шеварднадзе, заявивший в мае 1988 года, что военные расходы СССР составляют 19% ВНП. Затем, в апреле 1990 года, президент Михаил Горбачев округлил эту цифру до 20%.
Однако наибольший интерес у экспертов по военным расходам вызвало заявление в конце 1991 года, еще до развала Советского Союза, вновь назначенного начальника Генерального штаба Вооруженных Сил СССР генерала армии Владимира Лобова, объявившего, что военные расходы СССР составляют одну треть и даже более от ВНП. Данные генерала Лобова американские специалисты определили как соответствующие 260 млрд рублей в ценах 1988 года, то есть свыше 300 млрд долларов по официальному обменному курсу того времени.
Хотя ни один из авторов вышеприведенных оценок никак их не обосновывал, эти оценки охотно принимались на веру общественностью. Причину подобного легковерия нетрудно понять, ибо публиковавшиеся в СССР военные бюджеты выглядели откровенным издевательством над здравым смыслом. Так, в течение 20 лет, с 1968 по 1987 годы, официальные расходы СССР на оборону оставались практически неизменными и колебались от года к году между 16,7, 17,4 и 20,2 млрд рублей».
Советский нелегал против ГРУ и Генштаба
Разведчик-нелегал
 |
А вот о том, как Шлыков пытался предотвратить крах советской экономики и как мог сделать нашу страну процветающей державой, известно гораздо меньше.
Бунт полковника против маршалов
С Виталием Васильевичем Шлыковым мы познакомились в мае 1988 года. Тогда я только-только стал зам. главного редактора журнала «Международная жизнь». Именно туда, едва оправившись от последствий подавления поднятого им восстания полковников против маршалов, он принес свою первую статью под собственным именем. Некоторые обстоятельства этого бунта он описал в 2002 году в брошюре «Что погубило Советский Союз? Генштаб и экономика».
А вот по шлыковским подсчетам, военная промышленность США была едва способна к выпуску полутысячи танков в год. Иначе говоря, ГРУ, по его словам, завысило мобвозможности потенциального противника примерно в сто раз, то есть на два порядка. В десятки и более раз были завышены и другие оценки, поступавшие из Генштаба в Политбюро.
Разумеется, я не стал говорить Гучмазову, что я уже пытался доложить генералу Ивашутину свои данные и что он лично приказал мне «пересмотреть свою точку зрения».
Коснулся он и авиации:
И мало кто тогда разглядел в этих материалах восхищение автора советской плановой экономикой, созданной в годы первых пятилеток.
Вермахт против пятилеток
Добро и зло мобилизации
Откуда же взялись эти пустующие мощности и неведомые запасы?
Большевики, как известно, исходили из неизбежности войн при империализме. И, уверял Шлыков, готовились к ним серьезно, внимательно изучая модели военной мобилизации экономики разных стран. Остановились на американской модели промышленности двойного назначения. Иначе говоря, когда на одних и тех же предприятиях можно производить и трактора, и танки, и автомобили, и военные самолеты, переключаясь с гражданского на военное производство в сравнительно короткие сроки.
В 1929 году разразилась Великая депрессия на Западе. СССР получил возможность дешево закупать там современные заводы, технологии, привлекать квалифицированную рабочую силу.
Весь послевоенный период СССР сохранял эту структуру экономики. Причем главное бремя приходилось вовсе не на собственно военное производство, а на так называемые базовые отрасли. Представьте себе, пояснял он, что вы выпускаете 3 тысячи танков в год, но должны быть готовы в краткие сроки произвести 70 тысяч машин. Это значит, что вам нужно содержать цеха, линии, иметь запасы горючего, материалов именно для такого количества вооружений. Вы можете вообще не построить ни одного танка, и все равно ваша экономика останется экономикой войны.
От милитаризации к просперити
Тем временем безработица полностью исчезла, а на производство пошли даже женщины (до того американки не работали). Никакой инфляции не было, люди хорошо зарабатывали. Но поскольку строительство жилья, производство автомобилей, бытовой техники на время войны было запрещено, люди несли эти деньги в банки или покупали государственные облигации.
Короче говоря, когда закончилась война, был накоплен огромный платежеспособный спрос. И тогда государство почти полностью прекратило производство обычных вооружений. А все мощности почти даром передало частному сектору. Вся огромная военная машина перестроилась на гражданские нужды меньше чем за два года без всплеска инфляции и безработицы, несмотря на то, что из армии были уволены 12 миллионов человек».
В наших разговорах о тех судьбоносных временах Шлыков до занудства дотошно предъявлял мне документальные свидетельства чуть ли не каждого своего шага. Его раздражала досужая болтовня, мол, «теперь-то все умные, а где вы были, когда один Гайдар решился взять на себя ответственность».
Тем не менее 6 ноября 1991 года президент Ельцин поручил руководить рыночными реформами Егору Гайдару.
«. На деньги товарища Сталина»
А дальше все полетело под откос. В конце декабря 1991 года правительство молодых реформаторов приняло гигантскую программу закупок вооружений на 1992 год, намного превышавшую все, что российской экономике удалось произвести за все последующие годы. Затем вышел указ Бориса Ельцина, разрешавший оборонным предприятиям самостоятельно торговать своей продукцией на мировых рынках. О моратории на производство военной техники и о поддержке перехода оборонки к гражданскому производству можно было забыть.
«Промышленники в первое время принялись за выполнение спущенных им планов, надеясь на свои «сверхнормативные» запасы. Естественно, им никто ничего не платил, а рабочие ждали зарплату. Почему могучий ВПК и не подумал сопротивляться против подобного беспредела? Секрет прост: на каждом предприятии были гигантские запасы сырья, запчастей, оборудования и т. д., ставшие внезапно бесконтрольными. Ножницы цен на металлы на внутреннем и мировых рынках позволяли получать прибыль в тысячи процентов. Появились посредники, затем и сами некогда дисциплинированные «красные директора» вошли во вкус. Цены на мировых рынках рухнули, а из страны по дешевке ушли мобилизационные запасы на десятки, а то и сотни миллиардов долларов. Так что первые «Мерседесы» олигархов были куплены на деньги товарища Сталина. Я понял, что мой поезд ушел, и ушел надолго».
Блеск и нищета нового облика Вооруженных Сил
 |
Покинув государственную службу, Шлыков впервые зажил в собственное удовольствие – как один из самых авторитетных российских экспертов стал ездить по свету и самозабвенно изучать армии мира.
Именно эти заключения лежали в основе доклада «Военное строительство и модернизация Вооруженных Сил России», подготовленного в 2003 году под эгидой Совета по внешней и оборонной политике (СВОП) авторским коллективом под руководством Шлыкова.
Зато все успехи в проведении реформ связывал именно с назначением на пост министра «чужака», гражданского, никак не связанного с клановыми интересами генералитета.
Главным же в реформе, по-моему, считал вложения в человеческий капитал:
«Производить самолеты пятого поколения, авианосцы – это не сработает, не успеем, дорого и кадры ушли. А создать современную боеспособную армию вполне можно. Поэтому сегодня все деньги нужно вкладывать в людей. Самый большой капитал в кризис – хорошо подготовленная армия, дисциплинированная, с офицерским корпусом, который может действовать инициативно, принимать самостоятельные решения в сложных условиях».
Виталий Васильевич Шлыков ушёл из жизни 19 ноября 2011 года. В его трудах еще много лет можно будет находить ответы на мучающие нас вопросы, как сделать экономику здоровой, армию сильной, а министерство обороны честным. Было бы желание.
 |
Виталий Шлыков: «В начале декабря 1991 года Госкомобороны получил за подписью Гайдара проект постановления правительства о финансировании мобилизационной подготовки экономики, который буквально слово в слово повторял старые проекты Госплана СССР, лишь заменив в их тексте слово СССР на слово РСФСР. Считая, что какие-то бюрократы подсунули новому неопытному главе правительства старый текст, мы с моим коллегой, генерал-майором авиации Александром Цалко, направили от имени своего комитета довольно резкий ответ на него. И получили от Е. Гайдара жесткую отповедь. Он поручал нашим начальникам, главкому Вооруженных сил СНГ Евгению Шапошникову и руководителю Госкомобороны Павлу Грачеву, разъяснить своим подчиненным значение мобилизационной подготовки. Естественно, оба стали звонить нам и спрашивать, что, собственно, они должны нам разъяснить. Мы их успокоили, сказав, что все поняли сами».
Сергей Глазьев: «СССР развалило ЦРУ»
Сергей Глазьев не сомневается, что распад СССР был делом рук ЦРУ, завербовавшего Александра Яковлева, Эдуарда Шеварднадзе, Бориса Ельцина и организовавшего крушение корейского самолета, полет Матиаса Руста, волнения в республиках Союза и т. д. Михаилу Горбачеву же было внушено, что он великий человек и пророк, и тот, ослепленный лестью, не понимал, что происходит. Единственный правильный путь реформ, по Глазьеву, — китайский. Никаких проблем в гибридной китайской экономике экс-советник президента России не отмечает: «Имперский мирохозяйственный уклад уходит в прошлое. На смену приходит интегральный мирохозяйственный уклад — с социалистической идеологией, регулируемой рыночной экономикой, в которой частные интересы подчинены цели роста народного благосостояния и построения гармоничного общества».
Глазьев не сомневается, что распад СССР был делом рук ЦРУ, завербовавшего Яковлева, Шеварднадзе, Ельцина и организовавшего крушение корейского самолета, полет Матиаса Руста, волнения в республиках Союза и т. д. Фото: © Сергей Гунеев, РИА «Новости»
Провокация
— Прошло 30 лет с момента августовского переворота 1991 года, который открыл путь к распаду СССР, но все еще многое остается неясным. Верите ли вы, что это действительно был переворот, и если это было так, то почему он так плачевно провалился? Почему ГКЧП не арестовала Ельцина и не позволила ему разыграть спектакль демократической революции? Какова была роль Горбачева?
— К сожалению, никого из членов ГКЧП уже нет в живых и некому ответить на этот Ваш вопрос. Я могу высказать лишь свое субъективное мнение, основываясь на следующих фактах.
Практически вся партийно-хозяйственная элита страны поддержала ГКЧП. Все областные комитеты КПСС и советы народных депутатов высказались в поддержку сохранения СССР и социалистического строя, отправив в Москву телеграммы в поддержку ГКЧП с требованиями положить конец раскачиванию ситуации и развалу страны. У КГБ, руководитель которого был одним из членов ГКЧП, были все возможности и основания арестовать Ельцина. Спецназ КГБ отслеживал все перемещения Ельцина, когда он ехал с загородной дачи в Дом Советов. Но проблема заключалась в том, что у этих людей не было стремления захватить власть. У них не было ни плана действий, ни решимости брать ситуацию под контроль. Они не планировали государственный переворот, стремясь лишь к сохранению советской государственности. Объявив чрезвычайное положение и введя войска в Москву, они полетели к Горбачеву за политическим решением. А у Ельцина был четкий план узурпации власти и каждую минуту промедления со стороны ГКЧП он использовал для усиления своего положения. Я точно знаю, что он и его окружение дрожали от страха, сидя в бункере Дома советов в ожидании штурма. На этот случай был план срочной эвакуации в посольство США, которое располагалось рядом. Причем рядом с ним находились Бурбулис и Гайдар, которые впоследствии возглавили первое независимое правительство России, а действовавшее правительство РСФСР во главе с Силаевым в большинстве своем разбежалось.
Вероятно, ГКЧП предшествовала какая-то политическая провокация со стороны Горбачева. Уехав в отпуск в Крым, он, видимо, дал негласную команду или согласие на «закручивание гаек» в разболтавшемся механизме советской государственности. Что-то вроде «попробуйте навести порядок», дав понять ястребам из своего окружения, что поддержит их решительные действия. До сих пор до конца не понятно, кто же был лидером и вдохновителем ГКЧП. Некоторые из его членов, такие как Стародубцев или Бакланов, были включены в него «за компанию». Стародубцев рассказывал, что ему позвонили накануне и попросили «выступить за крестьян». Никто из членов ГКЧП не проявил политической воли принять решение о применении силы в отношении Ельцина и его сторонников, которые перехватили инициативу и, собрав несколько тысяч своих сторонников вокруг Дома Советов, по сути, сами начали государственный переворот. Среди военных началось брожение, некоторые из введенных в Москву войсковых командиров начали переходить к Ельцину. Политического решения члены ГКЧП ждали от Горбачева, которого зачем-то до этого закрыли в его резиденции в Крыму. Горбачев же, узнав о том, что в Москве собралась толпа поддерживающих Ельцина активистов, которую без жертв разогнать было невозможно, испугался и обвинил членов ГКЧП в попытке узурпации власти. Ельцин использовал его нерешительность и объявил себя победителем и спасителем нарождавшейся «демократии». Он перехватил лидерство и начал стремительный захват власти.
Американский шпион Ельцин
— Какова была роль американских и/или других иностранных служб в событиях 1991 года и, в более общих чертах, в начале и последующем направлении перестройки?
— Какие цели преследовал проект Горбачева и его советников, когда они провозгласили перестройку и гласность?
— Как теперь выясняется, агенты США, прежде всего, Яковлев и Шеварнадзе последовательно вели Горбачева к катастрофе. Пользуясь его неимоверным тщеславием, они внушали ему простые идеи о демократизации и гласности, создавали ему культ мессии, призванного вывести СССР на столбовую дорогу развития человечества. Бессодержательные лозунги «социализм с человеческим лицом», «больше демократии, больше социализма», «Перестройка» призваны были задурманить его собственное и общественное сознание. Особое впечатление на Горбачева производили его триумфальные поездки в западные страны, где его встречали как величайшего героя современности. Он возомнил себя Пророком, спасающим мир от катастрофы. В несколько приемов он провел кадровую чистку в центральных органах партии, обеспечив большинство своих сторонников. Но как человек малообразованный и безыдейный, он не мог сформулировать внятной стратегии, идя на поводу у своего главного советника и американского агента Яковлева. Его избрание в члены Политбюро Госдеп США праздновал как свою выдающуюся победу.
Идти китайским путем!
— Каковы были основные ошибки, допущенные реформаторами, и почему они были допущены? Был ли другой способ реформировать СССР и «социалистический блок»?
— Разумеется, был альтернативный путь реформирования СССР, который блестяще продемонстрирован Коммунистической партией Китая, только что отметившей свое 100-летие. Поначалу советское правительство двинулось по этому пути, расширяя свободу государственных предприятий, создавая вместо министерств концерны, поощряя кооперативы и научно-техническое предпринимательство. Но помешал догматизм мышления партийного руководства. Оно свято придерживалось марксистско-ленинского принципа государственной собственности на средства производства и недопущения эксплуатации труда частным капиталом. Поэтому вместо системного развития рыночных отношений создавались химерические институты, расшатывавшие хозяйственный механизм СССР: выборы директоров госпредприятий, создание кооперативов со свободным ценообразованием на выпускаемую продукцию, укрупнение органов управления народным хозяйством. В результате нарастал хаос: переток денег из безналичного контура денежного обращения в наличный повлек лавинообразное нарастание дефицита потребительских товаров; выборы директоров повлекли необоснованный рост заработных плат, что увеличивало спрос и усугубляло дефицит. Нарастающая разбалансированность повлекла нарушение воспроизводственных процессов и размывание контуров управления народным хозяйством.
— Тридцать лет прошло с момента разрушения социалистического блока и СССР и введения капиталистических отношений производства, распределения и соответствующей «цивилизационной», «идеологической» надстройки. Какими вам видятся сегодняшние перспективы России и других бывших советских республик?
— Рыночные реформы по образцу «шоковой терапии» обернулись для России и других бывших республик СССР экономической катастрофой. Объем производства сократился вдвое, инвестиции — впятеро, доходы большинства населения опустились ниже уровня бедности. Резко вырос алкоголизм, наркомания, пошла эпидемия социально обусловленных болезней. Общие демографические потери только в России составили около 12 млн. человек. Чудовищное социальное неравенство разделило общество на антагонистические классы. Страна превращена в донора западных стран: вывоз капитала с территории бывшего Союза превысил 2 трлн. долл., утечка умов составила сотни тысяч высококвалифицированных специалистов, миллиарды тонн невоспроизводимых природных ресурсов ушли на переработку за рубеж. Большинство отраслей наукоемкой промышленности прекратили свое существование.
За тридцать постсоветских лет экономическая активность едва достигла советского уровня при деградации структуры экономики, объем инвестиций все еще вдвое меньше. Перспектив дальнейшего развития две: либо продолжение деградации на периферии американо-европейского капитализма, либо опережающее развитие на основе нового технологического и мирохозяйственного уклада по образцу КНР. Во втором случае сохраняется возможность опережающего развития российской экономики с темпом около 10% прироста ВВП в год. Но для этого нужно возродить социалистическую идеологию, подчинить рыночные отношения задачам повышения народного благосостояния, подчинить денежную политику целям роста инвестиций и производства, внедрить прогрессивную систему налогообложения, прекратить утечку капитала, повести деофшоризацию экономики, развернуть систему стратегического планирования на основе государственно-частного партнерства.
— Существует ли причинно-следственная связь между внедрением капитализма и распадом СССР? Считаете ли Вы, что реинтеграция постсоветского пространства возможна в условиях капитализма?
— Социализм в СССР был очевидной реальностью так же, как ведущая роль Советского Союза в создании мировой социалистической системы, охватывавшей треть мира. Директивная модель централизованного планирования была порождена объективными обстоятельствами, позволив Советскому Союза одержать победу во Второй мировой войне с противником, в распоряжении которого были все ресурсы Европы. Эта система управления оказалась на порядок более эффективной, чем капиталистическая корпоративная модель Третьего рейха. И оставалась эффективнее европейского капитализма вплоть до превращения научно-технического прогресса в главный фактор экономического роста. Отсутствие конкуренции сдерживало инновационные процессы в СССР, следствием чего стала технологическая многоукладность советской экономики и нарастающее отставание технического уровня народного хозяйства.
Исторически реставрация капитализма произошла после распада СССР, так что связь как раз обратная. Отказ от социалистической идеологии повлек крах правящей Коммунистической партии и последующую быструю эрозию системы государственного управления, закончившейся распадом страны и бурным ростом криминального предпринимательства на основе расхищения государственной собственности.
Реинтеграция постсоветского пространства происходит в форме общего рынка. Единым регулятором в части определенных договором о Евразийском экономическом союзе функций управления является сегодня наднациональный орган — Евразийская экономическая комиссия. В отличие от Европейского союза, который я определяю как бюрократическая империя, в Евразийском союзе все решения принимаются консенсусом с полным уважением национального суверенитета.
Социализм побеждает во всем мире
— Впервые за многие десятилетия правительство США предпринимает некоторые шаги по отходу от неолиберализма. Как Вам кажется, могут ли разнонаправленные интересы России и США быть фундированы в рамках переговорного процесса сторон?
— Я рассматриваю происходящее сквозь призму смены мирохозяйственных укладов. Имперский мирохозяйственный уклад уходит в прошлое — вслед за развалом СССР прекращается и глобальное доминирование США. На смену ему приходит интегральный мирохозяйственный уклад — с социалистической идеологией, восстановлением международного права, уважением национальных суверенитетов, регулируемой в интересах общества рыночной экономикой, в которой частные интересы подчинены цели роста народного благосостояния и построения гармоничного общества. Властвующая элита США оказывает сопротивление этому процессу, развернув гибридную мировую войну против Китая, России, Ирана, Кубы и других неконтролируемых ею стран. В этой войне они пытаются мобилизовать свои ресурсы, для чего под предлогом борьбы с пандемией усиливают контроль над обществом и наращивают денежную эмиссию.
Тем самым они усиливают власть финансовой олигархии, которая исповедует либерализм для прикрытия своего стремления к мировому господству. На самом деле финансово-властная элита США ведет дело к созданию мирового правительства, используя для этого страх перед пандемией, потеплением климата и другими угрозами человечеству. Они торопятся успеть это сделать до неминуемого краха долларовой финансовой системы.
— Нас приучили считать союз человека и природы некоторой самовоспроизводящейся целостностью. Практика природопользования в условиях экспансионистской сущности капиталистического хозяйствования показывает иное, опровергая устоявшиеся представления о возможности бесконечного балансирования возрастающей нормы потребления и возобновляемости качества среды обитания. Можем ли мы справиться с экологическими вызовами в этом контексте?
— Экологические пределы экономического роста всегда преодолевались технологической революцией и переходом к новому технологическому укладу. Именно это происходит и в настоящее время. Бурное распространение ядра нового технологического уклада — комплекса нано-, биоинженерных, информационно-коммуникационных, цифровых технологий — влечет резкое повышение эффективности производственной деятельности, включая снижение энергоемкости и материалоемкости, а следовательно — и нагрузки на окружающую среду. Ведущими отраслями нового технологического уклада является солнечная и ветровая энергетика, которые замещают углеводородную. Самыми большими отраслями становятся здравоохранение, образование, наука и культура, на которые в совокупности в скором будущем будет приходится более половины использования ВВП. Это отрасли, в которых государство играет ведущую роль. Этот гуманитарный характер нового технологического уклада неизбежно ограничит свободу частного капитала, подчинит его движение общенародным интересам. Этому также будет способствовать информационная революция в денежном обращение — переход к национальным цифровым валютам, обращение которых будет контролироваться центральными банками.
Сергей Глазьев
ИА «Аврора», 13.12.2021
Сергей Глазьев — доктор экономических наук (1990, самый молодой в СССР), профессор, академик РАН, иностранный член НАН Украины, бывший министр внешнеэкономических связей России в правительстве Егора Гайдара, бывший советник президента РФ (2012–2019). Заместитель генерального секретаря ЕврАзЭС, директор института новой экономики Государственного университета управления. Автор более 150 научных работ. В 1995 году награжден золотой медалью Н.Д. Кондратьева за цикл исследований длинных волн в экономическом развитии.
Родился в 1961 году в Запорожье. Окончил с отличием экономический факультет МГУ им. Ломоносова.
С 1991 по 1993 год работал в правительстве РФ первым заместителем председателя комитета внешнеэкономических связей, первым заместителем министра внешнеэкономических связей, министром внешнеэкономических связей. В октябре 1993-го ушел в отставку в знак протеста против разгона Верховного Совета РФ.
Депутат Госдумы I, III и IV созывов.
На президентских выборах 2012 года был доверенным лицом Владимира Путина.