Байконур, часть 1: Музей
Видео в формате 360° и фото с текстовыми подписями, мне кажется, отлично дополняют друг друга.
Музей расположен на второй площадке, недалеко от одного из монтажно-испытательных комплексов ракет-носителей «Союз» и в двух километрах от первой площадки, «Гагаринского старта». Музей расположен в здании бывшего клуба войсковой части 25741 и открылся в 1965 году.
Напротив вот такой вот прелестный местный колорит.
Камера сгорания и сопло двигателя РД-0110. Этот двигатель стоит на третьей ступени РН «Союз» и имеет четыре маршевых и четыре рулевых камеры.
Над двигателем карандашные рисунки французского художника и моделиста Сержа Грасьо (Serge Gracieux), изображающие этапы полета советской лунной пилотируемой программы. Рядом две прекрасные миниатюры советского и американского лунных модулей, подаренные музею Сержем Грасьо и Винсентом Меенсом (Vincent Meens).
С другой стороны зала под картинами Алексея Архиповича Леонова большая коллекция значков. Увы, современные значки на первом плане смотрятся как откат назад от богатства форм и разнообразия дизайна.
Стенд, посвященный Валентину Глушко. Рядом с макетом «гелиоракетоплана» (космического корабля на электрических ракетных двигателях), «счастливой» рубашкой и книгой с автографом совсем незаметно стоит первый в мире электроракетный двигатель, разработанный в Газодинамической лаборатории (ГДЛ) под руководством Глушко. В двигатель подавались проволочки металлов, которые взрывались, замыкая собой контакты, и создавали тягу. Именно такая схема сейчас не используется, но выброс рабочего тела под воздействием электричества позволяет обеспечить гораздо более высокий удельный импульс (эффективность двигателя), чем у химических ракетных двигателей.
Контейнер для собаки. Несмотря на фото Лайки над ним, он даже не от суборбитальных пусков, а от «Космоса-110».
Механизм чтения перфоленты первой серийной советской ламповой вычислительной машины «Урал-1». Один экземпляр из почти двухсот выпущенных машин использовался на космодроме для расчета полета ракет. В качестве перфоленты использовалась фотопленка.
1000 ламп, производительность 100 операций в секунду, память 1024 машинных слова (4,5 килобайта). Машины этого типа попадали даже в школы для обучения детей программированию.
Помните ключ на старт? Вот его пульт. Ключ вставлялся в отверстие с красной окантовкой в центральной секции и поворачивался по команде «Пуск». Эта модель пульта использовалась в 1957-1964, затем использовались пульты со светлыми панелями.
Копия листа бумаги, на котором Сергей Королев придумывал названия для первого корабля с человеком на борту. Все названия на букву «В». Почему? Скорее всего это так и останется тайной истории советской космонавтики.
Радиотелефонный аппарат, по которому Сергей Королев переговаривался с Гагариным в исторический день 12 апреля 1961. Рядом по дереву выжжен портрет Юрия Алексеевича, но почему-то на фоне стартующего «Протона».
Очень милый экспонат: 5 апреля 2011 года стартовал «Союз ТМА-21» с личным именем «Гагарин» и космонавтами Александром Самокутяевым, Андреем Борисенко и Рональдом Гараном. Головной обтекатель, как положено, был сброшен и его половинки упали в степи по трассе полета. Их нашли, вырезали нижнюю часть с портретом Гагарина и, дав расписаться космонавтам и тем, кто готовил ракету к полету, поставили в музей.
Схема подачи бетона при строительстве стартового стола. Восемь машин непрерывным конвейером подают бетон на строительство. 2400 кубометров бетона предполагается уложить за 5 суток в два этапа, сначала самосвалами, затем бадьями двух кранов.
Катапультируемое кресло космонавта и манекен в скафандре, летавшие 25 марта 1961 с собакой Звездочкой на «Спутнике-10». Подарок музею от С.П. Королева.
Боковая приборная панель корабля «Восход». Отличается от панели корабля «Восток» только тумблером отстрела стренг парашюта (внизу слева) и дополнительными тумблерами выбора тормозного двигателя и ручного включения резервного твердотопливного двигателя.
Передняя приборная панель корабля «Восток». На «Восходах» были практически такие же.
А вот, для сравнения, приборная панель ранних версий кораблей «Союз».
Пульт инструктора для тренировки космонавтов по ручной стыковке. Инструктор на этом пульте давал вводные, а космонавт, сидя в тренажере космического корабля, пытался произвести стыковку или решить созданные инструктором проблемы. Справа габаритно-массовый макет скафандра «Орлан» для выходов в открытый космос.
Снаряжение для выживания, укладка «Гранат-6». Разработан в 70-х, и сейчас космонавты используют обновленную версию, с современными фонариком, радиостанцией и медикаментами.
Детали космического туалета корабля «Союз».
Корабельный скафандр «Сокол» космонавта Николая Рукавишникова в ложементе. Ложементы и скафандры изготавливаются индивидуально для конкретного космонавта. Это не очень экономно, поэтому ведутся работы по созданию более универсальных конструкций.
Заглядываем в макет спускаемого корабля «Союз». Судя по тому, что внутри два ложемента, а слева установлено кислородное оборудование, это «Союз» 70-х годов, после катастрофы «Союза-11», но до трехместного «Союза Т-3», полетевшего в 1980. Видна уже знакомая приборная панель, под ней «визир специальный космонавта» ВСК, перископ для ручной стыковки. По краям кадра видны бортовые иллюминаторы спускаемого аппарата.
Один зал посвящен космическому сотрудничеству. По программе «Интеркосмос» с 1978 года летали, и, как правило, становились первыми космонавтами своих стран граждане Чехословакии, Польши, ГДР, Болгарии, Венгрии, Вьетнама и других стран. Благодаря программе «Интеркосмос» свои космонавты есть у Кубы, Сирии и даже Афганистана.
Здесь же витрина, посвященная программе «Союз- Аполлон».
Скафандр для работы в открытом космосе «Орлан» и специальная охлаждающая одежда под него. В костюме слева проложены трубочки, по которым прокачивается вода, охлаждая космонавта.
Фотография, на которой расписываются космонавты, посещающие музей перед полетом. В самом низу виден цветочек подписи Ли Со Ён, летавшей на МКС в 2008. А еще, если приглядеться, можно увидеть три смайлика в подписях Олега Артемьева, который летал только два раза, но по каким-то причинам расписался еще и в 2020.
Предыдущая итерация этой же традиции. Тут, правда, не только космонавты. Стоит отметить большой черный автограф Алексея Леонова от 4 апреля 1981 слева вверху.
Еще один зал посвящен недавним полетам на МКС. И если у пилотируемых экипажей однообразные памятные медали, то вот у робота Федора, летавшего на «Союзе МС-14», симпатичная статуэтка.
Схема космодрома. На переднем плане река Сырдарья, аэродром Крайний и город Байконур. Музей расположен по центру выше, у серого «Союза» перед тремя ракетами.
Рядом стоят несколько двигателей. Вот твердотопливная тормозная установка с фоторазведчиков «Зенит-4».
Двигатель НК-33, созданный на основе Н-15 для советской лунной сверхтяжелой ракеты Н-1, по иронии судьбы, начал летать только в 21 веке: он стоял на американской РН «Антарес» и используется на «Союзе-2.1в»
С другой стороны выставлен трудяга РД-107, который в двух модификациях стоит на первых и вторых ступенях всего семейства Р-7 кроме «Союза-2.1в»
В последнем большом зале много разнообразных артефактов вплоть до витрин администрации города Байконур, МЧС и местной прокуратуры. Вот, например, система управления первой ступенью РН «Союз-ФГ», извлеченная в 2007 из упавшей с высоты 45 км ступени, выводившей корабль «Союз ТМА-10».
Блок системы астроориентации космического аппарата «Целина». В составе 4 звездных датчика и 4 солнечных датчика.
На радиостанции Р-343М стоит очень интересная антенная решетка. К сожалению, на ней только дарственная надпись.
Контейнер боевого блока. Внутри хранилась атомная боеголовка.
Разгонный блок ДМ. Изначально был разработан для советской пилотируемой лунной программы, но в модернизированном виде используется и сейчас. На «Протон» и «Ангару» можно ставить разгонные блоки «Бриз-М» или ДМ.
Вторая ступень зенитной ракеты С-75. До 1 мая 1960 года, когда недалеко от Свердловска сбили U-2 Гари Пауэрса, американские самолеты-разведчики летали над территорией СССР, и первые фото Байконура появились у США уже в августе 1957. Зенитный комплекс С-75 появился на боевом дежурстве у космодрома в 1961, так что США пришлось перейти на разведку при помощи спутников.
Антенны станции приема телеметрии МА-9МК. Использовались с 1970 по 2000, работали с «Союзами» и «Протонами».
Одна из более не используемых модификаций головного обтекателя для «Протонов» 11Ф639.
Лабораторный отсек орбитального корабля «Буран». Мог устанавливаться в грузовой отсек челнока. В США вполне успешно использовали аналогичный лабораторный модуль Spacelab.
Экспозиция машин космодрома. На переднем плане вездеход ГАЗ-71, он же ГТ-СМ.
Командный пункт, переделанный из самоходки времен Великой Отечественной ИСУ-122. Убрали орудие, получился неплохой вариант для наблюдения за пусками, способный выдержать осколки упавшей недалеко ракеты. Использовался С.П. Королевым.
Восстановленная до отличного состояния бронированная пожарная машина ГПМ-54 на базе танка Т-54. В середине 80-х четыре таких машины доставили на Байконур.
Заглядываем на нижнюю, жилую палубу (она же бытовой отсек). Прежде всего, в реальном челноке здесь был бы герметичный модуль кабины, было бы меньше места в направлении вперед, и люк слева был бы двойным. Далее, пространство у бортов было бы заставлено шкафами с припасами, едой, гигиеническими принадлежностями и оборудованием. Слева, у люка, располагался бы туалет. А люков вверх, в кабину пилотов, было бы два, второй, симметрично, справа.
Верхняя палуба, кабина пилотов, она же командный отсек. Сверху слева видно аутентичное исполнение кабины с типичным для аэрокосмической сферы контрением гаек проволокой. Это трудоемко, но гарантирует, что они не отвинтятся самопроизвольно. А оборудование кабины установлено в 2007 и честно изображает аутентичное, можно сравнить со схемой приборной панели и фото кабины летавшего «Бурана» перед пуском.
Аутентичная переборка, разделяющая носовую часть фюзеляжа и грузовой отсек, с одним иллюминатором справа (по центру кадра иллюминатора не было), а так же два верхних иллюминатора в крыше носового отсека.
Вид в хвостовую часть. В грузовом отсеке установлен макет спутника, примерно так бы это и выглядело на настоящем челноке. В белый цвет покрашены створки грузового отсека, которые на реальном челноке раскрывались бы после выведения. Вместе с ними переходили бы в рабочее положение радиаторы системы обеспечения теплового режима.
Кормовая часть грузового отсека. За синей переборкой справа у реального челнока располагался большой криогенный бак с жидким кислородом (на шаттле такого не было), приборный отсек и двигатели орбитального маневрирования.
В грузовом отсеке располагается экспозиция, связанная с историей «Бурана». Вот, например, гиростабилизированная антенна системы сближения и стыковки «Курс», адаптированной с «Союза» на «Буран».
Домик Королева. Здесь Сергей Павлович провел немалую часть последних восьми лет жизни. Кабинет.
Гостиная. Кухни в домиках не было.
Продолжение следует, пусть и медленнее, чем мне бы хотелось.
Выражаю благодарность пресс-службе Роскосмоса за приглашение, и, отдельно, Элине, Анне и Екатерине за самоотверженный труд по организации поездки.
Как я ездил на космодром Байконур
Раз уж пошла космическая тема этой недели, расскажу о том, как я ездил на Байконур во время среднеазиатского автопутешествия Байконур — закрытый город на территории Казахстана, огороженный от всего мира забором и кпп. Раньше никто, кроме служащих, даже не знал, где он находится? и тем более, никто даже не мечтал сюда попасть. Сейчас есть несколько способов, причем, как нелегальных, так и вполне законных.
1. Быть рабочим на Байконуре или студентом аэрокосмического вуза (обычно в конце обучения они тут проходят практику). Способ действенный, но слишком долгий по времени:)
2. Оформить пропуск через человека, который тут проживает или работает. Желательно, чтобы вы для него были родственником, хотя бы дальним. Для этого нужно, чтобы он оформил приглашение, которое рассматривается режимной комиссией города. Естественно, вам могут и отказать.
3. Через турагентство. Стоит это удовольствие не дешево, зато есть возможность объединить осмотр города со стартом какого-нибудь космического корабля.
5. Быть приглашенным блогером:) Ну это вообще эксклюзивчик)
Как сюда добраться, есть тоже несколько способов:
1. Через аэропорт «Крайний», который находится рядом с территорией города
2. Приехав изначально в город Кызылорда, а потом 250 км на такси или автобусе
3. По железной дороге до станции «Тюратам».
4. На автомобиле по трассе «Чимкент-Самара»
Естественно, вас не встретит тут никто с распростертыми объятиями, если вы заранее не позаботитесь о пропуске.
Даже и представить раньше не мог, что «Байконур» — это не только космодром, но еще и закрытый город с населением в 70 тысяч человек, имеющий для России статус федерального значения, который вместе с космодромом образующий комплекс, арендованный Россией у Казахстана до 2050 года. Посмотрел, что он из себя представляет и поделился с вами.
Чтобы иметь представление о том, как устроен Байконур, посмотрим на макет, размещенный в музее Байконура и карту.
В самой нижней части карты город Байконур, который раньше назывался Ленинск, недалеко от него находится аэропорт «Крайний» и жд-станция Тюра-Там. Между городом и непосредственно самим комплексом космодрома проходит трасса «Чимкент-Самара», по которой мы и приехали на своем автомобиле. Работники космодрома могут ездить на работу на своих личных авто или на автобусах, но большинство предпочитает поезд-мотовоз.
Сам космодром Байконур представляет из себя комплекс площадок, здесь 9 типов стартовых комплексов в составе 15 пусковых установок для запусков ракет-носителей. Это стартовый комплекс «Гагаринский старт» или «двойка» (вторая площадка), его запасная площадка (тридцать первая) — стартовый комплекс «Союз», с нее улетала Валентина Терешкова, стартовый комплекс «Зенит», ракеты для которого выпускались на КБ Южное, стартовый комплекс «Протон» и стартовый комплекс «Энергия-Буран», ныне заброшенный.
У каждого стартового комплекса рядом находится монтажно-испытательный комплекс, куда прибывают ракеты на поездах в разобранном виде, 113-ая площадка (ее нет на карте) — практически полностью заброшенный городок, и музейный комплекс, там находятся основные объекты, которые запускались на Байконуре,
А теперь немного прогуляемся по этим площадкам. КПП города, о том, как сюда попасть, я писал в предыдущем посте. Сам город как и любой типичный военный город России не представляет особого интереса, кроме нескольких достопримечательностей.
Ракета-носитель «Союз» в полный размер как в Самаре, но в наклонном состоянии. В Ленинске эта улица называлась проспект Карла-Маркса, а сейчас проспект Королева.
Ракета Янгеля (Р-36М дальностью 11000—16000 км, которую в США прозвали «Сатаной») на улице Янгеля.
Аллея Космонавтов около гостиницы «Космонавт». Начинается она естественно с дерева Гагарина. Так возникла добрая традиция, что каждый космонавт перед стартом высаживает дерево.
Памятник Гагарину на улице Королева. Когда Солнце садится, оно проходит через руки Юрия Алексеевича
На этом все интересное в городе. Мы садимся в автобус и едем на 113 площадку, в которой еще находятся общежития на космодроме.
Проезжаем заброшенные корпуса космодрома
По территории космодрома спокойно ходят верблюды. Сергей Королев в свое время счел необходимым, чтобы основной персонал космодрома не тратил много времени на проезд от города до площадок и монтажных корпусов. Таким образом на Байконуре соорудили жилой городок, где располагалось все необходимое для жизни людей: дома, медсанчасть, столовые, спортивный комплекс и т.д. Также здесь располагались несколько военных частей и специалисты, работавшие над программой «Энергия-Буран», пока программа не была закрыта. Сейчас на 113 площадке работает только одна гостиница №19. А жилой микрорайон был разграблен и полуразрушен.
Заехали в монтажно-испытательный корпус «Союз». Это комната космонавтов для интервью, они защищены от контакта с другими людьми стеклом, чтобы предотвратить возможность заболеваний перед полетом
На территории Байконура находится еще музей, но я расскажу вам о нем в следующем посте.
После неудачи в работе над программой освоения Луны, производственный задел ракетных блоков, практически все оборудование технического, стартового и измерительных комплексов было уничтожено. Это баки с невзлетевших ракет Н-1 «Лунник»
Вот, наконец, добрались и до стартовых комплексов.
Стартовый комплекс для советской ракеты для полета на Луну Н-1. Затем, в середине 70-х, оно было переоборудовано под программу «Энергия-Буран».
Стартовый комплекс «Союз» — 31 площадка.
Вот таким перед нами предстал космодром «Байконур». О моих актуальных поездках и приключениях можно узнать из инстаграма.