Русские колонии в США: как Гавайи и Калифорния едва не стали российскими
Земля сия непостижна суть…
Знаменитый сибирский ученый Семен Ремезов писал в самом начале XVIII века:
В космографии же писано об Америке, яко стоит средь великого моря окияна, человеком вся та земля непостижна суть…
О существовании Кынговея и Русского Устья историки спорят до сих пор. Первым об исконно русских поселениях на Аляске заговорил чукотский географ Николай Дауркин еще в 60-х годах XVIII века. О них же рассказывал в 1779 году казачьему сотнику Ивану Кобелеву один алеутский вождь с острова Ратманова. Жители Кынговея и Русского Устья, по его сведениям, сохраняли русский язык и письменность, поклонялись иконам и имели богослужебные книги. Сохранились свидетельства, что Кобелев вел с ними переписку. Они сообщали ему, что ни в чем не испытывают нужды, разве что не хватает им железа…
Еще позже в 1818 году один эскимос сообщил мореходу и исследователю Арктики Петру Корсаковскому, что общался с «бородатыми людьми, одетыми в троеклинки, выделанные из оленьих кож, обутыми в высокие сапоги и вооруженными медными мушкетонами». Однако экспедиция, отправленная в те же годы вглубь Аляски на поиски затерянного русского края, ничего не обнаружила. В любом случае, население Кынговея и Устья за сто с лишним лет должно было настолько смешаться с местными жителями, что отличить его от алеутов, эскимосов и индейцев можно было только разговорившись.
Начало регулярной колонизации
С начала XVIII в. русское проникновение на берега Аляски шло двумя путями – через Берингов пролив и Алеутские острова. При этом алеутский путь «встречь солнцу» использовался чаще, хотя и был несколько длиннее.
В августе 1732 года участники экспедиции Афанасия Шестакова и Дмитрия Павлуцкого геодезист Михаил Гвоздев и подштурман Иван Федоров увидели побережье Аляски с борта шхуны «Святой Гавриил». Гвоздев стал первым человеком в мире, который нанес эти берега на географические карты.
Через десять лет на Алеутские острова высадились моряки Второй Камчатской экспедиции Витуса Беринга. Они изучили и описали весь путь вдоль Алеутской гряды – от побережья Евразии до берегов Северной Америки.
Прошло еще почти четверть века, и в 1784 году экспедиция иркутского купца Григория Шелехова основала первую регулярную колонию на острове Кадьяк. Поселение получило название Павловская гавань. Шелеховцы подчинили несколько окрестных вождей и князьков, проповедовали православную веру и прививали местным навыки сельского хозяйства – научили их выращивать свеклу и репу.
По просьбе того же Шелехова в те же годы Екатерина Великая учредила Североамериканскую православную миссию. Однако сами миссионеры прибыли на Аляску лишь десятилетие спустя. Пять валаамских монахов во главе с будущим епископом Кадьякским Иоасафом (в миру Иван Ильич Болотов) срубили церковь и тут же приступили к проповеди. Уже через несколько лет счет крещеных местных жителей пошел на тысячи. Туземное юношество велено было обучать русскому языку и грамоте. Много было и венчаний русских с алеутками. Оно и не мудрено: среди колонистов и промысловиков преобладали мужчины.
Основание Ново-Архангельска
В 1799 году на берегу Ситхинского залива была заложена Михайловская крепость – в будущем город Ново-Архангельск, столица русской Аляски. От морских ветров поселение было защищено потухшим вулканом Эчкомб, расположенным над заливом.
По свидетельству английского моряка Питера Корнея, уже в 10-е годы в городе было больше 60 домов, а также церковь, блокгауз и верфь. Никакой регулярной планировки не существовало – ни улиц, ни площадей, дома стояли россыпью, обращенные к горам…
Ново-Архангельск, художник Сергей Пен, 2006
Российско-американская компания
В июле 1799 года в деле освоения Америки случился поворотный момент – указом императора Павла I была образована Российско-американская компания, созданная в известной степени по образу и подобию знаменитых Ост-Индских компаний, обеспечивших в свое время колониальную славу европейских держав – Великобритании, Нидерландов и Франции.
В императорском указе, направленном в Сенат, говорилось:
Польза и выгоды, проистекающие для Империи нашей от промыслов и торговли, производимых верноподданными нашими по Северо-восточному морю и в тамошнем крае Америке, обратили на себя наше монаршее внимание и уважение.
Компания получала право «в течение 20 лет монопольно пользоваться промыслами и заведениями от 55° северной широты на Алеутских, Курильских и других островах, делать новые открытия, пользоваться всем, что находится в недрах и на земле, основывать поселения, нанимать всякого состояния свободных людей».
В 1802 году для придания компании большего веса в число ее акционеров вступили Александр I и вдовствующая императрица Мария Федоровна. Тогда, в начале XIX столетия, русское государство поставило перед собой ясную задачу – колонизация американского севера. И хотя управление компанией осуществлялось из Петербурга, ее администрация почти сразу расположилась в Ново-Архангельске.
Директором компании был назначен Николай Петрович Резанов, чья любовная история с 15-летней дочерью испанского коменданта Сан-Франциско Консепсьон Аргуэльо (Кончитой) легла в основу сюжета поэмы Андрея Вознесенского «Юнона и Авось», а затем – и самого популярного советского мюзикла 80-х годов ХХ века.
Прибыв в 1805 году в Ново-Архангельск, Резанов застал колонию в плачевном состоянии. Прежде всего не хватало продуктов. С материка они доставлялись через Охотск и приходили уже испорченными. Тогда Резанов принял единственно верное решение: установить отношения с испанцами, которым в ту пору принадлежала Калифорния и, соответственно, большая часть тихоокеанского побережья Северной Америки. Он снарядил два судна «Юнона» и «Авось» и отправился в гавань Сан-Франциско за продовольствием.
Сан-Франциско до пожара в 1848 году
Испания в ту пору была союзницей Наполеона, риск был большой, но миссия Резанова закончилась полным триумфом. За полтора месяца ему удалось настолько очаровать губернатора Верхней Калифорнии Хосе Арильягу и коменданта крепости Хосе Дарио Аргуэльо, что он вывез из Калифорнии столько пшеницы, ячменя и бобовых, сколько смогли вместить его суда. Такова практическая сила простого человеческого обаяния, умноженного на романтическую страсть.
Однако Резанов понимал, что так за продуктами не наездишься, да и покупать их у испанцев слишком накладно. Именно у него родилась идея устроить в Америке еще одну колонию – на сей раз сельскохозяйственную. Так, в 1812 году и была основана крепость Росс (ныне Форт-Росс) в 80 километрах к северу от Сан-Франциско. Увы, самому Николаю Петровичу Резанову дожить до этих дней не удалось. На обратном пути из Ново-Архангельска в Петербург он тяжело заболел и 1 марта 1807 года скончался.
Сан-Францисская легенда гласит, что Кончита больше года каждый день приходила на берег моря там, где теперь начинается мост Золотые ворота, и часами ждала, не покажутся ли вдали русские парусники. Так что это не просто фантазии поэта:
Ты меня на рассвете разбудишь,
Провожать, необутая, выйдешь,
Ты меня никогда не забудешь,
Ты меня никогда не увидишь.
…Источники часто приводят слова некоего американского адмирала Вана Дерса, который как-то заметил: проживи Резанов на 10 лет больше, все то, что сейчас называют Калифорнией, было бы русской территорией. Как знать, как знать. В истории не существует сослагательного наклонения.
Форт-Росс
Крепость Росс была основана по прямому указанию первого правителя Русской Америки, уроженца Каргополя Александра Андреевича Баранова. Чтобы найти место для поселения, он снарядил две экспедиции под началом Ивана Кускова (1808–1809 и 1811-1812 гг). Во время второй экспедиции Кусков обратил внимание на большое плато в 30 км к северу от залива Румянцева (ныне – залив Бодега), которое было выделено глубокими ущельями и окружено строевым лесом. Неподалеку протекала река, названная Кусковым Славянка (ныне Рашен-Ривер). Здесь и решили остановиться.
Хозяйство поместья Росс впечатляло. Именно здесь появились первые в Калифорнии мельницы и судостроительные верфи, фруктовые сады и виноградники. Колония имела тучные стада, снабжала Аляску продуктами, шерсть шла на экспорт, только в 1816–1824 годах по заказу испанцев на местных верфях построили 3 брига и одну шхуну. Испанцы в ту пору кораблестроения на этих берегах не имели…
В 1814 году в Россе был разбит фруктовый сад. Росли персики, яблони, вишни, айва, виноград. Делалось вино. Вокруг возникло еще три поселения – село Кострамитиновское, ранчо Черных и ранчо Хлебниковские равнины. Население было многонациональным. Помимо русских, жили индейцы, алеуты, финны, шведы и даже полинезийцы. Однако говорили все по-русски. Многие исповедовали православие.
Но к началу 40-х годов романтический порыв стал постепенно угасать. Администрация в Ново-Архангельске сочла более выгодным покупать продовольствие у американской Компании Гудзонова залива, а не обеспечивать себя самостоятельно. И это было начало конца.
В 1841 году крепость Росс была продана американскому предпринимателю Джону Саттеру за 42 857 рублей серебром. В счет оплаты Саттер поставлял на Аляску пшеницу…
Ныне Форт-Росс – музей, который принадлежит штату Калифорния. Из всех исторических строений сохранился только дом последнего коменданта крепости Александра Гавриловича Ротчева. Все остальные здания были восстановлены после пожара 1970 года (например, ветряная мельница была срублена несколько лет назад на Вологодчине, в Кириллове, и доставлена в Америку морем).
Национальный парк «Форт-Росс»
Елизаветинская крепость
Был шанс закрепиться и на Гавайях. В 1804 году, в рамках первой русской кругосветной экспедиции, которой руководил все тот же Николай Петрович Резанов, на острова впервые пришли русские суда «Надежда» и «Нева» под командованием И.Ф. Крузенштерна и Ю.Ф. Лисянского. И тогда король одного из гавайских королевств – Каумуалии, попавший под вассальную зависимость своего соседа – Камеамеа, пожелал перейти в подданство России. Российско-американская компания заинтересовалась этой возможностью.
Осенью 1815 года А.А. Баранов отправил на Гавайи доктора Егора Николаевича Шеффера, которому было получено завоевать расположение обоих королей. С именем Шеффера и связана вся дальнейшая гавайская авантюра.
Поначалу Шеффер удачно лечил Камеамеа, но затем все же перебрался к Каумуалии, и тот в торжественной обстановке попросил Александра I принять свои владения под его покровительство.
Король пожаловал Шефферу несколько селений, там предприимчивый русский немец сразу же произвел важнейшие переименования – назвал своим именем Шефферталь долину Ханалеи, реку Ханапепе нарек Доном, а местным вождям дал русские аристократические фамилии Платов и Воронцов.
Также Шеффер построил три крепости, назвав их в честь Александра, его жены Елизаветы и Барклая-де-Толли.
Руины Елизаветинской крепости
Однако такая активность не понравилась американцам и европейцам, которые объявили гавайскому королю, что будут вести войну с русскими, если те не уйдут с островов. Министр иностранных дел России граф Нессельроде счел гавайскую авантюру «излишней» и «несущей ненужные осложнения», и Российско-американская компания отдала Шефферу приказ эвакуироваться. Он некоторое время упорствовал, но потом покинул вместе со своими людьми Гавайи и добрался до китайского Кантона (ныне Гуанчжоу). В 1819-1820 году к теме гавайской колонизации пытался вернуться русский консул в Маниле П. Добелл, но и его письмо Александру I осталось без ответа.
Продажа Аляски
В 1867 году 1 518 800 квадратных километров русской территории на Аляске были проданы правительству Соединенных Штатов за 7,2 млн долларов. Настаивая на необходимости этой сделки для безопасности русского Дальнего Востока, генерал-губернатор Восточной Сибири Николай Николаевич Муравьев-Амурский писал:
Теперь, с изобретением и развитием железных дорог, более еще, чем прежде, должно убедиться в мысли, что Северо-Американские Штаты неминуемо распространяmся по всей Северной Америке, и нам нельзя не иметь в виду, что рано или поздно придется им уступить североамериканские владения наши. Нельзя было, однако ж, при этом соображении не иметь в виду и другого: что весьма натурально и России если не владеть всей Восточной Азией, то господствовать на всем азиатском прибрежье Восточного океана. По обстоятельствам мы допустили вторгнуться в эту часть Азии англичанам… но дело это еще может поправиться тесной связью нашей с Северо-Американскими Штатами.
Никто и думать не думал, что через десять с небольшим лет на Аляске будут открыты уникальные месторождения золота и начнется золотая лихорадка, которую мы так хорошо знаем по романам и фильмам. Увы, не русским – американским, так что это уже история США, а ведь как легко она могла быть историей России…
Все за сегодня
Политика
Экономика
Наука
Война и ВПК
Общество
ИноБлоги
Подкасты
Мультимедиа
Общество
Русская Америка: как Россия колонизировала Запад
30 марта 1867 года Российская империя продала свои остававшиеся в Северной Америке территории Соединенным Штатам. Ровно 150 лет назад россияне решили покинуть американскую землю, и история Русской Америки закончилась. И хотя «покупка Аляски» еще в 19 веке вызвала много противоречий с обеих сторон, во время холодной войны об этом событии забыли, и всплывает оно лишь изредка, обычно в весьма любопытных обстоятельствах.
История завоевания Россией Америки
Российская колонизация на восток датируется серединой 17 века, когда Иван Грозный дал купцам Строгановым разрешение на покорение Казанского ханства, одного из многочисленных осколков Золотой Орды. Завоевания следовали на протяжении всего века, и к 1647 году россияне дошли до западных границ Тихого океана — Охотского моря. Это достижение заложило основу для первых экспедиций через океан. Некоторые имели место в течение 18 века. Наиболее известными из них командовал датский мореплаватель Витус Беринг, чьим достижениям придавалось огромное значение, ибо именно он доказал несостоятельность идеи о существовании соединяющих Азию и Америку сухопутных путей. Несмотря, однако, на масштабы миссий, постоянных поселений на американской земле в то время создано не было.
И только в конце века — а именно в 1784 году — авантюрист, торговец и мореплаватель Григорий Шелихов достиг островов Кадьяковского архипелага и основал там форпост, который позже стал отправной точкой для дальнейшей колонизации новых земель. Шелихова иногда называют «русским Колумбом». После установления в новой земле российского правления он учредил российско-американскую компанию (далее РАК), которая сыграла решающую роль в дальнейших отношениях между империей и ее колонией. Штаб-квартира РАК располагалась в родном городе Шелихова — Иркутске.
Тот факт, что родиной этой влиятельной организации стала Сибирь — не случаен. Учитывая, что крепостное право — проклятие Европейской части империи — на Дальнем Востоке и севере фактически не функционировало, оно сподвигло многих смекалистых поселенцев двигаться в восточном направлении для создания новых городов. Поступая таким образом, они создавали сословия купцов, моряков и горожан. И хотя штаб-квартиру вскоре перенесли в Санкт-Петербург, роль сибирских городов и их граждан в российской экономике и торговле осталась весьма существенной.
Русская Америка
Столицей Русской Америки (как официально называлась колония) был Новоархангельск (ныне Ситка), известный также как «Париж Тихого океана». Среди граждан были русские и коренные жители этих земель — племена алеутов и тлинкитов. Хотя отношения между этими двумя группами были в основном мирными, случались и конфликты. Несколько воинов-тлинкитов не приняли российские правила и в 1802 году захватили Новоархангельск. Они вырезали население и захватили контроль над инфраструктурой города. России удалось вернуть его лишь спустя два года с помощью алеутов. События 1804 года известны как «Битва при Ситке» и стали крупнейшим в истории Русской Америки военным конфликтом между россиянами и коренными жителями Аляски.
Русские поселения в Северной Америке со временем выросли, достигнув территорий за пределами Аляски. Они охватывали земли современных штатов Вашингтон, Орегон и Калифорния. Русские могли бы дойти и до Гавайев. Они торговали с местными правителями начиная с конца 18-го века, а после основания Королевства Гавайи стали поддерживать разные партии на острове. В результате им удалось построить в этом районе три форта. В 1815 году Верховный вождь Каумуалии обратился к царю Александру I с просьбой об установлении Россией протектората над Гавайскими островами и поддержке в борьбе против законного короля Камеамеа I. Александр I отклонил предложение, и Гавайи оставались независимыми.
В 1812 году русские основали в непосредственной близости от испанских колоний свое самое южное поселение — Форт Росс. Это вызвало большую озабоченность вице-королевства Новая Испания, решившего создать несколько новых поселений на севере. История российско-испанских отношений того времени стала достоянием широкой общественности благодаря рок-опере «Юнона и Авось», завоевавшей в СССР популярность в 1980-х годах. За рубежом ее продвигали как «Русскую Покахонтас». В опере рассказывается история Консепсьон Аргуэльо, 15-летней дочери колониального губернатора Верхней Калифорнии Хосе Дарио Аргуэльо и Николая Резанова, русского дворянина, посла в Японии и одного из владельцев РАК. Они влюбились друг в друга у русско-испанской границы в Калифорнии. Чтобы жениться на католичке, Резанову нужно было разрешение от царя. Он решил отправиться на родину через Аляску, но в дороге заболел и в 1807 году умер в Красноярске, так и не достигнув столицы империи. Консепсьон, узнав об этом, дала обет молчания и ушла в монастырь, где позже и скончалась. Хотя история основана на исторических событиях, взятый оперой курс был предсказуемо более мелодраматичен.
Большая сделка
Форт Росс был в конечном итоге продан США в 1841 году, так как содержать колонию становилось все сложнее. Расходы на передачу товаров и людей в самое сердце империи — европейскую часть России — и из него были выше, чем доход от продажи колониальных товаров, самым ценным из которых был мех. Очевидно, тогда никто не ожидал, что когда-нибудь на Аляске обнаружат огромные запасы золота и нефти. Вся оставшаяся часть колонии была, таким образом, продана американцам в 1867 году за 7,2 миллиона долларов.
Контекст
Сглупил ли русский царь, продав американцам Аляску?
Русские сожалеют о продаже Аляски
Тем временем, Палата представителей Конгресса США проголосовала против покупки, что вызвало задержку в оплате. Некоторые члены обозлились на решение президента Эндрю Джонсона купить данную территорию. 7,2 млн долларов (сегодня около 123 миллионов) показались огромной суммой, потраченной на бесполезное пустое пространство — «садик для белых медведей», как его тогда называли. Но было много и тех, кто расхваливал сделку как еще один шаг навстречу развитию Америки.
Освоение Аляски
На этом история могла бы и закончиться, если бы не старый добрый ирредентизм со стороны российских заговорщиков. В российском политическом дискурсе существует любопытная теория, имеющая на удивление много последователей среди «истинных русских патриотов». По их словам, Аляску не продали, а сдали на 90 лет в аренду. Следовательно, вернуть ее России следовало в 1957 году.
Русский патриотический дискурс рассматривает колонизацию как мирный процесс с благой целью развития и просвещения. В противоположность, конечно, империализму других европейских империй, где колонизация была сопряжена с жестокостью, жадностью и отсутствием уважения к туземцам. Это вписывается в концепцию о том, что уникальная российская цивилизация морально превосходит гнилую западную. Одно из самых популярных произведений, выражающих это мнение, было опубликовано в 2005 году Сергеем Кремлевым под заголовком: «Русская Америка: открыть и продать!»
Вопрос о российском господстве над Аляской периодически всплывает по различным поводам. Например, в 2005 году американский журналист Стивен Перлстайн опубликовал статью под названием: «Аляске бы больше понравилось в России». Он пошутил, что «корпоративная культура» кумовства и экономические проблемы Аляски намного лучше вписались бы в российские реалии, нежели американские. И некоторые восприняли эту шутку серьезно. Александр Дугин, один из отцов-основателей Доктрины евразийской цивилизации, заявил о необходимости пересмотра сделки.
Наиболее ярые приверженцы возвращения Россией своих территорий начали поднимать вопрос об Аляске после аннексии Крыма в 2014 году. Шуток и мемов на эту тему в интернете было предостаточно. Равно как и статей и постов, касающихся петиции об отделении Аляски от США и возвращении в состав Российской Федерации. Петиция была создана на сайте Белого дома якобы гражданами крупнейшего города Аляски, Анкориджа. Последовавшие за этим обзоры в интернет-СМИ были по большей части сенсационными, а заголовки пестрели фразами типа: «Америка в панике! Аляска хочет последовать примеру Крыма и присоединиться к России». И несмотря на серьезную мобилизацию и более 42 000 собранных подписей, петицию с сайта сняли, поскольку она вовремя не набрала заявленных 100 000 голосов. «Паника» закончилась, но окончательно ли — неизвестно.
«Остров завтра»
Сегодня российско-американская граница проходит через острова Диомида. Большой Диомид принадлежит России, а Малый Диомид — США. Расстояние между ними составляет 3,8 км. Помимо территориальной границы, здесь проходит также линия перемены дат. Она находится ровно между этими двумя островами и, следовательно, разница между ними составляет 21 час. По этой причине Большой Диомид иногда называют «Островом завтра», а Малый Диомид — «Островом вчера». И поскольку пограничного перехода там нет, были случаи нарушения правил пересечения границы. Признанный российский писатель Виктор Ерофеев прибыл однажды на американский остров на самолете, а до российской стороны решил добраться на лодке. Его арестовали за незаконное проникновение и отправили обратно в США. По пути он отметил, что обитающие на русском острове туземцы были одеты в традиционную русскую зимнюю одежду, а жители американской стороны — в летнюю американскую, хотя жили в одной климатической зоне. Поэтому казалось, что властям каждого острова нужно было решить, какое у них время года, пришел к выводу Ерофеев. Вот и все, что осталось от Русской Америки.
Кацпер Дзекан — специалист по европейским проектам в Европейском центре солидарности и аспирант кафедры истории в университете имени Адама Мицкевича в Познани.
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.
Тот факт, что Аляска в свое время была российской территорией, у нас широко известен.
Как и факт продажи «Русской Америки» США. А вот обстоятельства самой продажи известны преимущественно только специалистам, что порождает вокруг данной сделки множество исторических мифов. Также только специалистам известны обстоятельства, при которых российской стала часть Калифорнии — и как эта земля впоследствии поменяла флаг.
И только узкий круг любителей истории знает о том, что де-факто российскими были на протяжении определенного времени даже Гавайские острова, и о том, что Россия в XIX веке была в шаге от контроля над обширными территориями в Тихом и Индийском океане, но этот шаг, несмотря на все усилия патриотов-энтузиастов, так и не сделала.
В частности, это касается национал-романтиков, безапелляционно позитивно оценивающих деятельность династии Романовых.
Учитывая, что в рамках разбора данной темы при желании можно написать много томов и целую стопку докторских диссертаций, чтобы не перегружать повествование деталями, ограничимся лишь самой общей информацией и некоторыми яркими фактами, которые создадут общее впечатление о сути проблемы.
Начнем с Аляски и Калифорнии
По общепринятой версии, первыми русскими, увидевшими эти земли, были члены экспедиции Семена Дежнева в 1648 году, прошедшие по Берингову проливу. Существует предположение, что команда одного из дежневских кочей могла даже высадиться на американском берегу и попытаться основать там поселение.
Первым достоверным плаванием к самому побережью Аляски является путешествие Михаила Гвоздева на боте «Святой Гавриил» в 1732 году. В конце XVIII века началось активное освоение Аляски. Справедливости ради нужно отметить, что существуют достаточно убедительные данные о том, что русские жили на Аляске с XVI-XVII веков — на это указывают многочисленные источники XIX века — но речь шла все же о неких разовых высадках, и никакого регулярного сообщения с Россией у этих поселенцев не было. Сейчас вопрос о том, кем могли быть эти первые «русские американцы» (и все-таки были ли они), окончательно решаютисторики и археологи.
В 1772 году на острове Уналашке появляется первое русское торговое поселение.
В 1784 году русские закрепляются на острове Кадьяк, а в 1791 году в заливе Кука строится Николаевский редут, в 1799 — Михайловская крепость (Ситка).
В 1790-е годы была фактически создана, а в 1799 году официально «утверждена» получастная-полугосударственная Российско-американская компания (РАК) — реальная распорядительница российских территорий в Новом свете, представлявшая собой результат договора царской администрации и купцов.
Деятельность РАК была весьма неоднозначной. С одной стороны, нужно отдать должное смелости, мужеству, предприимчивости ее создателей, руководителей, служащих. С другой стороны, отсутствие у многих из них стратегического мышления, стремление к быстрой наживе, склонность к коррупции и привели в значительной мере к печальному исходу.
Русские не задерживались на одной только Аляске. Шло активное освоение прибрежных земель к югу, соприкасающихся с Британской Колумбией. Более того, в начале XIX века было предпринято несколько экспедиций в Калифорнию, в результате которых в 1812 году там был основан Форт Росс, о выделении земель под который договорились с местными индейцами. Здесь русские поселенцы помимо торговли и охоты начали налаживать эффективное сельское хозяйство. Формальные территориальные претензии по поводу освоения Калифорнии Россией предъявила сначала Испания, считавшая эти земли своими, а затем — возникшая в 1821 году Мексика. Мексиканцы, правда, предложили России взаимовыгодное решение: на переговорах с адмиралом Врангелем в 1835 году власти Мексики согласились официально признать российскую Калифорнию российской в обмен на признание Россией самой Мексики. Врангель попытался убедить Николая I в выгодности такого решения, но император идти на это категорически отказался.
Тем не менее, мексиканцы с радостью торговали с русскими. В российской Калифорнии развивалось животноводство, была создана неплохая верфь. Однако стратегически развивать колонию не хотели. В 1820-е годы сильно сократилась популяция морской выдры. РАК договорилась о регулярных поставках продовольствия с британской Компанией Гудзонова залива и от хлопотных идей по развитию собственного производства начала отказываться. В конце концов, в 1841 году российскую Калифорнию банально продали американцу швейцарского происхождения Джону Саттеру за 42 857 рублей. Однако «продали» только на бумаге. Саттер должен был поставить на эту сумму на Аляску пшеницы. Но поставки на 37,5 тысяч не состоялись. Поэтому реально за российскую Калифорнию было уплачено около 5 тысяч рублей. Правда, по неподтвержденным данным одного из биографов, еще около 20 тысяч долларов Саттер якобы доплатил РАК в 1849 году золотом и банкнотами. В любом случае, сделка была просто издевательской — и до конца так и не была доведена.
И этом все при том, что в 1848 году в Калифорнии было найдено золото, которого там в рекордные сроки намыли на. 50 миллиардов долларов. О других полезных ископаемых, а также об огромном аграрном и рекреационном потенциале региона, раскрывшемся с годами, я молчу.
Воистину, «гениальное» решение. И, к сожалению, не последнее.
Начиная с середины XIX века российские власти стала преследовать навязчивая идея продать Аляску. Этот вопрос поднял в 1853 году генерал-губернатор Восточной Сибири граф Муравьев-Амурский:
» …теперь, с изобретением и развитием железных дорог, более ещё, чем прежде, должно убедиться в мысли, что Северо-Американские Штаты неминуемо распространятся по всей Северной Америке, и нам нельзя не иметь в виду, что рано или поздно придется им уступить североамериканские владения наши».
Граф Николай Николаевич Муравьев-Амурский
Вслед за Муравьевым-Амурским вопрос начал активно лоббировать брат Александра II великий князь Константин Николаевич, обратившийся с соответствующим предложением к министру иностранных дел Горчакову в 1857 году.
Но продавать Аляску думали американцам, а в Америке началась Гражданская война. Поэтому к вопросу вернулись в 1866 году, когда Александр II утвердил план продажи на специальном совещании. За лоббирование вопроса взялся российский посланник в Вашингтоне барон Стекль, раздавший баснословные взятки и заплативший большие суммы газетчикам за лоббирование данной сделки. В итоге решение было принято, и в 1867 году был подписан договор о продаже Аляски за 7,2 миллиона долларов вместе со всеми прилегающими к ней землями и островами. Сегодня ходят всевозможные криптоисторические теории о том, что Аляску якобы не продали, а сдали в аренду на 99 лет, но текст договора, увы, говорит об обратном.
Сделка стала самой большой территориальной уступкой в современной истории. О «выгоде» сделки для России красноречиво говорит тот факт, что в это же время строительство одного трехэтажного здания нью-йоркского окружного суда обошлось американским властям почти в два раза дороже!
Некоторые «адвокаты от истории» доказывают, что осваивать Аляску для России было тяжело с логистической точки зрения. Но все эти рассуждения перевешивает один простой довод. Аляска находится в непосредственной близости от Чукотки и Камчатки, осваивать которые, с точки зрения «логистики», не намного проще. Но их же осваивают! Правдоподобно звучат версии о том, что царскому правительству нужно было срочно заткнуть дырку, возникшую из-за кредита, взятого у Ротшильдов. По факту же это стало жутчайшим примером политической безответственности и стратегической близорукости.
Дело усугубляется тем, что в 1848-1850 годах поручик Дорошин уже обнаружил на Аляске золото! И власти России были поставлены об этом в известность. Правда, исследования Дорошина были первичными и золота было им обнаружено немного — но все же! Более того, существует информация, что о более серьезных месторождениях докладывал российским властям знаменитый исследователь Аляски Лаврентий Загоскин. Но император эту информацию просто проигнорировал.
На сегодняшний день с Аляски вывезено, по разным данным, от 390 до 1000 тонн золота (минимум, на сумму более 17 миллиардов долларов), но это не главное. На Аляске теперь добывается около 20% американской нефти, кроме того — значительное количество серебра.
Гавайи
Не менее странно выглядит отказ России от Гавайских островов. На начало XIX века острова были поделены между двумя местными королями: Камеамеа и Каумуалии. Первый вел активную наступательную политику и, начиная с первых посещений островов российскими моряками, Каумуалии искал у них поддержки. В 1815 году Российско-американская компания отправила на Гавайи своего высокопоставленного сотрудника доктора Шеффера с целью переговоров относительно судьбы груза разбившегося на островах судна компании «Беринг». В этом же году Шеффер после того, как вылечил короля Камеамеа и его жену, наладил с королевской семьей хорошие отношения. Но через некоторое время они испортились — видимо, не без помощи американских моряков, видевших в российском служащем конкурента. Тогда Шеффер переехал ко двору Каумуалии, с которым начал переговоры. В 1816 году король Каумуалии официально обращается к Александру I с просьбой об установлении Россией протектората над Гавайскими островами. Гавайский король выделяет Шефферу 500 воинов для возвращения захваченных у него Камеамеа островов, а Шеффер покупает для него военный корабль. Кроме того, Каумуалии передает Шефферу территории и целые населенные пункты. На Гавайских островах появляются три российские крепости и православная церковь. Шеффер уведомляет Петербург и Аляску о своих действиях, но руководитель РАК Баранов требует у него свернуть политическую деятельность. В 1817 году американцы атаковали русских. Без помощи с «Большой земли» Шеффер ничего сделать не мог и вынужден был покинуть острова.
Директора РАК были не против основать колонию на Гавайских островах, и документы Шеффера переслали в Петербург — императору и министру иностранных дел Нессельроде. В 1818 году Нессельроде изложил решение властей:
«Государь император изволит полагать, что приобретение сих островов и добровольное их поступление в его покровительство не только не может принесть России никакой существенной пользы, но, напротив, во многих отношениях сопряжено с весьма важными неудобствами. И потому Его величеству угодно, чтобы королю Томари, изъявя всю возможную приветливость и желание сохранить с ним приязненные сношения, от него помянутого акта не принимать, а только ограничиться постановлением с ним вышеупомянутых благоприязненных сношений и действовать к распространению с Сандвичевыми островами торговых оборотов Американской компании, поколику оные сообразны будут сему порядку дел».
Александр I не хотел «портить отношения» с США.
В 1818 году Шеффер снова попытался пролоббировать свои идеи в Петербурге, и опять получил отрицательный ответ.
В 1819-1820 годах дело Шеффера попытался продолжить уже российский консул в Маниле Добелл, к которому обратился уже король Камеамеа II, попросивший Россию о покровительстве. Но Добелла, заявившего о целесообразности добровольного присоединения Гавайских островов, даже не удостоили ответа.
А новый правитель РАК генерал-майор Муравьев и вовсе заявил:
«Я, право, не знаю, чем Сандвичевы острова нам могут быть полезны, а паче при нынешних обстоятельствах. Шеффер сыграл смешную комедию, за которую компания очень дорого заплатила, и я не думаю, чтобы можно было возобновить ее; иметь же просто пристанище на пути и там запастись свежей провизией никакого препятствия нет и не будет».
Генерал-майор Матвей Иванович Муравьев
Воистину мудрый государственный муж!
С 1821 года Гавайские острова за неимением конкурентов стали превращаться в зону американского влияния, а спустя некоторое время были насильно аннексированы Вашингтоном.
Дружба важнее этих диких мест
Весьма доброжелательно к русским были настроены вожди с Маршалловых островов, для которых Россия могла бы стать гарантом того, что их население на будет объектом охоты европейских работорговцев, но и эту идею всерьез даже не рассматривали.
Просьбы об установлении российского протектората от жителей Новой Гвинеи передавал российским властям великий ученый Николай Миклухо-Маклай. Но сначала ему отказал по настоянию Горчакова Александр II, а затем — по настоянию Шестакова — Александр III.
Одних императоров смущали большие расстояния до тихоокеанских потенциальных владений, другие — боялись разозлить западных партнеров.
Англичан, французов, немцев, голландцев, португальцев — не смущало ничего. Пока Россию местные жители звали сами и обещали за ее протекторат земли и эксклюзивные экономические права — только чтобы не иметь дела с европейцами — европейцы, пользуясь позицией российских властей, захватывали все силой.
Российские моряки открыли в южных и восточных морях несколько сот новых островов, но все они почему-то в последствии принадлежали Англии, Франции, США.
В конце XIX века сведения о том, что некоторых князей в Индонезии легко склонить к просьбе о протекторате, отправлялись российскими дипломатами в Петербург. В публицистике даже ходит фраза о том, что Николай II воспринял эту информацию негативно и сказал, что «дружба с Англией важнее этих диких мест» (Англия в это время конкурировала за влияние с Голландией в регионе). Слова монарха широко разошлись в прессе, правда, первоисточник их мне установить не удалось, поэтому ручаться на 100% за их достоверность я не могу. В любом случае, никаких действий в Юго-Восточной Азии Россией так предпринято не было. Была лишь удивительная авантюра россиянина Василия Малыгина, поднявшего одно из княжеств Индонезии на бунт против голландцев и около двух месяцев руководившего сопротивлением голландским войскам. Учитывая, что российское внешнеполитическое ведомство проявляло к судьбе Малыгина серьезное негласное внимание, а также — его таинственное исчезновение после освобождения из голландской тюрьмы, у исследователей есть основание полагать, что Малыгин (если он вообще был именно Малыгиным) на самом деле имел отношение к российским спецслужбам. Но в этом случае попытка колонизовать огромный регион и разбить голландцев силами одного человека выглядела достаточно странно.
Не захват, а обычное сохранение за собой земель, которые фактически либо уже принадлежали России, либо контролировались русскими, или просили Россию о протекторате (Аляска, Калифорния, Новая Гвинея, Гавайские острова и т.п.) — превратило бы Тихий океан во «внутреннее море» России. Причем, без насилия, на добровольных началах. Россия приобрела бы при этом не только шикарные экономические возможности, но и прекрасные военные базы, превратившись в страну, в которой никогда не заходит солнце. В этом случае в начале XX века у Японии не было бы ни малейшего шанса, находясь в фактическом окружении, одержать над Россией победу, обернувшуюся для нас страшным позором и страшными потерями. Россия бы сохранила бы при этом свои территории в Восточной Азии, перешедшие в начале ХХ века под контроль японцев.
Свято место пусто не бывает. Аляска, Калифорния, Гавайские острова сегодня — штаты США, Маршалловы острова — государство, «ассоциированное» с США. И власти Штатов ничего не смущает. И большую часть Тихого океана, соответственно, контролируют американцы, создавая для нас серьезные геополитические угрозы.
Самое грустное, что речь идет не о неосуществленных «перспективных прожектах», а о том, что уже было нашим и что мы просто отдали. Причем, отдали вопреки желанию местных жителей. Из страха, недальновидности и желания угодить «западным партнерам».
Нужно сделать горький вывод. Принцип «свято место пусто не бывает» действует и сегодня. И отовсюду, откуда будет уходить Россия — пусть даже в плане просто политического влияния, всюду будут сразу заходить США. Базы НАТО и так стоят у наши границ — скоро их может стать значительно больше. Это намек всем тем, кто сегодня призывает меньше уделять внимания внешней политике, заниматься «внутренними делами» и отгородиться стеной от территорий, где живут русские люди и есть российские интересы.
И именно из логики всего сказанного выше автор этих строк горячо поддерживает то, что Россия делает, в частности, в Сирии. Главное не сбавлять обороты, а набирать их. Так держать! Но внешнеполитическими усилиями в одной лишь Сирии явно тоже ограничиваться не стоит.