LiveInternetLiveInternet
—Рубрики
—Музыка
—Цитатник
Моему лучшему другу Сандро-Поздравление в День его Рождения! &nbs.
В зимний день рождения для Саши (Сандро5) стихи Ирины Самариной в подарок С днем рождения тебя, С.
—Музыкальный плеер
—Стена
—Поиск по дневнику
—Статистика
Ум вертляв, моя девочка.
Ум вертляв, моя девочка. С одинаковой легкостью миловать и водить на казнь.
Абсолютная вера в свои слова. Абсолютная вера в свои шаги. _ Ум вертляв, моя девочка.
Что на завтрак: клеймить или обелять? Всяк умеет делаться правым и виноватым.
Жаждой выжить, попытками не пропасть Мы изводим себя и ближнего.
Курим. Пьем. Не рожаем идей и дочек. И молчим о главном. Молчим вдвоем.
Время? Время сложноустроенных одиночек. _ Ум вертляв, моя девочка.
Что тебе это знание? Нести в массы? На ребрах выбить? Зажать в горсти? Наш сарказм практически идеален.
Покой внутренний – он реален. _ Ум вертляв, моя девочка.
В тихом отчаянии сладко себя терзать. Только вот в отрицании мало толка.
Прощай прошлое, обновляй мечты, Чаще ходи гулять.
И не позволяй себе превратиться в степного волка, Одиноко скулящего у воды. _ Ум вертляв.
| Рубрики: | психология |
Метки: Султанова
Процитировано 1 раз
Понравилось: 8 пользователям
Ум вертляв моя девочка
Говори только важное, используй поменьше слов.
Даже гневаясь, помни о том, что душа хрупка.
Малодушен, злопамятен, слаб, суров —
Не пускай в себя тех, у кого тяжела рука.
Научись даже им не присваивать ярлыков.
Никому не доказывай правды и теорем —
Всяк идущий имеет право на длинный путь.
С неприкрытой душой не входи в толпу/чужой дом/гарем —
Только в храм. И жалея/ругая кого-нибудь —
Знай, что это твое тщеславие. Пепел. Тлен.
Не ищи наказаний, не строй тюрьмы.
Уклоняйся от тех, кто вину как плеть опускает тебе на плечи.
… показать весь текст …
Когда мне говорят: бедны твои слова,
Их сложность/простота не попадают в вену —
Я улыбаюсь, ускоряя шаг, я знаю цену.
Когда мне говорят: легко досталась каждая глава,
Ты ничего не сделала, чтобы взойти на сцену, —
Я улыбаюсь, ускоряя шаг, я знаю цену.
Когда мне говорят: сомнительна твоя краса,
Я и пред лучшими не преклонял колена!
Я улыбаюсь, ускоряя шаг, я знаю цену.
Когда мне скажут: как же вышло так,
Что ты счастливой стала, вырвалась из плена?
… показать весь текст …
Басня
Красиво расставайтесь, господа!
Не окунайте в грязь лица,
Которого боялись и коснуться,
И тела, у которого проснуться,
Вы сотни дней мечтали навсегда.
Красиво расставайтесь, господа!
Ведь грязь
Имеет свойство зеркала: смотрясь,
Рискуете увидеть отражение
С младенчества знакомого лица.
И, кстати говоря, иную грязь не смоешь:
На очищение уйдут года.
… показать весь текст …
Своего различают по шороху в грудной клетке.
Следом крови шаг превращается в бег наперегонки.
И звериный пульс, что был для тебя не ведом,
Вдруг бросается из карманов куртки в вены чужой руки.
Своего ощущают дико, подкожно, рьяно.
По составу души и воздуха,
Нежеланию «тыкать», рушить чужих границ.
Своего выбирают по редкому диалекту:
Такт, терпимость, скромность и деликатность
Не присущи носителям здешних лиц.
Каждый ищет первоисточник: насытиться и напиться.
Пересечь пространство в один прыжок.
… показать весь текст …
Я видел все.
Декабрь сопротивлялся снегу,
твой шаг назад подобен был разбегу,
искавшему обрыв.
Рассвет ворвался, ночи не допив,
и мощь отчаянья с календаря срывалась.
Я видел все, но чтобы так любовь кончалась,
я не встречал.
Маленькой девочкой я смастерила плот:
Связка упругих веток, три плюшевые подушки.
Мамина карточка, папин бинокль, блокнот,
Как на Ковчеге Ноевом парами все игрушки.
Маленькой девочкой я плыла
Из родительской спальни к ответам на все вопросы.
Колыбельки младенцев, кухни, подъезды, улицы, города —
Я наблюдала взрослых.
Маленькой девочкой я осознала: жизнь —
Это не праздник, не каторга, не работа.
Это забота о ближнем, влюбиться, уметь дружить,
С бабушкой-дедушкой видеться по субботам.
… показать весь текст …
Моя бергамотовая печаль, изумрудный
чай, вишневых косточек кнут,
пряничная печать,
Покидай меня смело и невзначай: из-
под кожи, ногтей, волос — все равно
дичать,
Уходи бегом, чтоб не вздумалось
выручать,
Оставляй, чтобы им без тебя не пришлось скучать,
Я читала об этом, мой спелый фрукт, —
мне должно будет полегчать.
Шоколадная горечь, лимонные слезы,
мятный густой сироп,
Твоя легкая поступь должна перейти в галоп,
… показать весь текст …
Иногда мне хочется открыть грудную клетку и выпустить в самый красивый рассвет все, что есть у меня к тебе. Благоговение, трепет, желание и восторг, неслыханную нежность, веру в каждого из людей, что посеяна не твоей рукой, но растет и крепнет от твоего взгляда, чутких мыслей и сдержанных, рассудительных слов. Мне хочется быть лучше, выше, сильнее, смелее, добрее и тоньше, еще чувствительнее ко всем процессам в человеке, хотя иногда мне кажется, что сердце мое не выдержит и порвется.
Я могла требовать, но ничего не просила, я могла забирать себе, но всегда сбегала, я хотела владеть или думала, что владею, я была одержима, я болела или болели мной — все побледнело. Сейчас я просто люблю. Так, что даже страх отступил, устало скалясь от собственного бессилия.
Ты во мне делаешь меня лучше.
Если бы я только могла показать тебе.
Когда ты вынашиваешь кому-то «люблю», оно не может появиться на свет без естественного желания беречь. Отсюда забота, нежность и внимание: тебе удобно?/не холодно?/ты не устала, малышка?/хочешь, уедем отсюда? — и еще тысячи уточняющих вопросов, беспокойных глаз, рук, обнимающих, гладящих, прижимающих к себе, трогающих лоб в поисках малейших признаков температуры, ласковые слова, чай, малина и мед, шерстяные носки, укутывания в не колючий плед, готовность услышать самые крошечные причины тревоги…
… показать весь текст …
Ночь. Чайка вскрикнула вдалеке,
И грудная клетка ее рассыпалась на алмазы.
Ты не легок. Но ты пришел сюда налегке.
Очевидное принимается далеко не сразу.
Пристань. Вода прячется в стоптанном башмаке,
Настоящее крошится мелкой галькой. У края стоя,
Наблюдая, как сердце твое сплавляется по реке,
Ты спокоен.
Мантра
Хочу закрутить роман!
Датчик зациклен, диагноз необратим.
Где же ты бродишь, неведомый побратим?
В сети не пойман, в сказку не превратим —
Словно и не обласкан, будто не развратим.
Я же не знаю, я же не ведаю, что творю:
Ты мне не снишься, и я без оглядки себя дарю,
Тем, что не знают приемов, каких люблю,
Тем, что не чуют, что после я никогда не сплю,
Тем, что не возвращаются. Я и не тороплю.
Хочу как в слащавых книжках:
«В болезни и здравии», «вместе и навсегда».
… показать весь текст …
Сделай надрез и аккуратно снимай. Пальто
Лучше не пачкать — след
Потянет с собои вопросы: как?
Как ты могла. Привет!
Выйдешь из-за угла,
Оглянешься — никого.
Кожа тонка — растягивать больно — риск
Зашкаливает. Порвать
Нельзя — после еще носить. Она
Здорово износилась, но,
Падая замертво на кровать,
Не забывай посмотреть в окно:
… показать весь текст …
Никого.
Только ты. Только соль обрамляет овал лица, вместо глаз два взволнованных озерца, синих, что вода заколдованного колодца.
Ты мой город, моя оживленная улица, я похожа на вора, голодного беглеца, замерев в ожидании у крыльца, на пороге придуманного дворца, у закрытых дверей, что ведут в кладовые сердца.
Моя нежность, ты обратила меня в слепца, от смущения кровь закипает и бесится, речь бессвязна как у младенца или глупца, чья улыбка честнее сонного полумесяца.
Я безделица, дочь одного купца, что растили чужие матери без отца, колыбель на двоих, но без близнеца, одинокое деревце у болотца.
Но когда ты проводишь пальцами вдоль крестца, голос пьян, и довольная хрипотца покрывает меня мурашками без конца — ни-ко-го. Только ты.
Я свиваюсь с тобой в дороги, ведущие прямо к солнцу.
Пустая чашка. Кофе варит ночь.
И блюдца край похож на одеяло.
Как отступить, не сдавшись?
Как помочь?
Мы шли к концу, и вот пришли в начало,
Туда, где в ложке чайной первый поцелуй
К губам подносится несмело — риск огромен —
Ты так боялась в жизнь свою впустить
И потерять себя в холодном, сером доме,
Где в каждой комнате вся мебель ждёт тепла
Твоих ладоней — прикоснись и властвуй.
Ты ни в одну из них в тот вечер не вошла.
… показать весь текст …
Позволь мне приблизиться.
Осторожно ступая к краю, чуть подойти и увидеть твой город. Издалека. На минутку. Одним глазком. Я не сделаю ни единого лишнего движения, неловкого вдоха, ничем не выдам себя, я знаю, ты никому не показываешь, даже вида не подаешь, что он есть там, но я уловила его, и не скажу им, как он красив. Только не бойся и не рычи. В затерянном городе любой — чужак. Я не двигаюсь. Он — твой, и я не войду в него, пока ты не позволишь. Неслыханно, да? Я ощущаю, как напрягается каж…
… показать весь текст …
Я, кажется, подрос.
Вопрос сравнения себя с другим исчерпан.
Ищу отныне путь, что предначертан
Лишь мне.
Чужих не осуждая средств и слез
Иду. И видятся мне города и страны,
Каких не замечал, таская по карманам
Объедки прошлого.
И даже если проголодался и замёрз —
Я не виню ни собеседника, ни друга —
Поимка виноватого равна ходьбе по кругу.
Я больше не играю в нем всерьёз.
… показать весь текст …
Ум вертляв, моя девочка.
С одинаковой легкостью миловать и водить на казнь.
Но сегодня, знаешь ли, жалость нам не с руки.
Смена авторитетов — как только готовишься их признать.
Абсолютная вера в свои слова.
Абсолютная вера в свои шаги.
Ум вертляв, моя девочка.
Что на завтрак: клеймить или обелять?
Всяк умеет делаться правым и виноватым.
Ставить пробы, увековечивать, упразднять —
Ум становится тоньше, язык — острей,
Восприятие — бледноватым.
… показать весь текст …
Мне говорили: увидишь, и в горле затихнет звук,
кудри черные обволокут плечо
и дракон, что живет в позвоночнике,
тут же расправит крылья
и опустит голову на твои ключицы.
Мой позвоночник — 11 лезвий и 8 жал,
ты ушла, и я ни словом не возражал,
лишь ладонь разжал, когда стало тесно.
Мне говорили: в глазах тех не сыщешь дна,
пропадешь и не вынырнешь — и погубит тебя она,
и беда с тобой приключится.
… показать весь текст …
Там, где ты болела во мне, отныне дерево —
не тоска.
Корни обнажены? Прикрою своей рукой.
Можно ли научиться жизни, ни капли не расплескав?
Смерть — ты пустой или ты покой?
Там, где ты болела во мне, отныне ветви
касаются облаков.
Хрупкие? Да. Но все же поближе к небу.
Был ли когда с тобою так высоко?
Я не был.
Там, где ты болела во мне, отныне листья,
а не печаль.
… показать весь текст …
Ум вертляв моя девочка
Птичье. С нежностью.
Ни одной претензии. Ни одной.
Моя птица, кто смел ограничивать взмах твоего крыла?
Кто успел донести, что пока ты стремилась вверх,
Я тихонько по клеточке здесь гнила?
Расскажи, как там небо? Свободен ли твой полет?
Перья красит то бронза, то бирюза?
Каково это: легким движением вдруг
Без стеснения облако разрезать?
Как ты пахнешь свободой! Меня пьянит!
От чего ты растерянно злишься, я не пойму?
Почему, если боль свою спрячешь и замолчишь,
Виноватый поставит ее же тебе в вину?
Уже поздно. Рыжее яблоко катится над горой.
Моя мудрость истлеет около девяти.
Ночью каждая птица стремится к себе домой.
Я устала жалеть о тебе.
Лети.
Бежать от такой любви
Мой коричневый сахар, малина-лайм, ложка тягучей сливочной карамели,
Уноси в каждой клеточке, как мы друг друга любили-ели,
Вспоминай, сколько жара стекало по нашей сырой постели
В каждом отеле, дорожном хромом мотеле
Глаза блестели, тела блестели..
Уходи, потому что нет для того никаких причин.
Посиди со мной, мам..
Не нужно жертв. Так сложилось, что ценятся они только в исполнении конкретных лиц. Стань сначала конкретным лицом, а там, глядишь, жертвы и не понадобятся. Никогда не растворяйся во мне целиком – ты уже не сможешь собраться. Я приму это как должное. Наличие тебя в моих клетках не станет чем-то особенным. Ты потеряешь себя и время. Время на осознание и восстановление. Это годы. Если, конечно, тебе когда-нибудь захочется осознать.
Забирай себя иногда. Я хочу иметь возможность скучать. Мне это жизненно необходимо. Думать и ждать. Тянуться. Я хочу с сожалением смотреть тебе вслед. Я хочу, чтобы мне всегда было тебя мало.
Хочешь любви – не отдавай ее – отдавай возможность любить в ответ.
А вообще – не слушай меня.
Просто люби.
Люби как умеешь.
Ты просто сидишь в кафе, пьешь чай, смотришь в окно на прохожих и первый снег и вдруг понимаешь, что так больше нельзя: нужно срочно что-то менять, делать, куда-то двигаться, неважно куда, но только не сидеть здесь вот так, не стоять на месте, не ждать. Ты вскакиваешь, бросив деньги на стол, на ходу надеваешь куртку, распахиваешь дверь, рассеяно кивнув персоналу, и глубоко вдыхаешь ни с чем не сравнимый запах перемен: свежий, глубокий, насыщенный. Где он был раньше? Ты стоишь так еще минуту, затем садишься в замерзшую машину, но сейчас ты не чувствуешь ее холода – тебе хорошо: ты наполнен каким-то особенным смыслом, гордишься собой, принятым решением, оказавшимся неожиданно простым и легким, лежащим на поверхности, но до этой минуты непроникающим в суть. Ты включаешь музыку – особенную, как тебе кажется, будто созданную для такого момента. Она наполняет тебя изнутри, проникая в каждую клеточку, расслабляя и, одновременно, прибавляя уверенности, осознания того, что ты все делаешь правильно. Идет снег. Ты едешь по светлой дороге, она мягко шуршит, снег припудривает лобовое стекло, душа поет, и ты отпускаешь свои разочарования как маленький снежный ком с горы, на которую сейчас забираешься с такой легкостью. Ты очень спокоен. Впервые в жизни ты физически ощущаешь значение слова гармония.
Тебе хорошо.
Хо-ро-шо.
Желаю каждому из Вас вот такого момента.
Своего)
А что, если убежим?
К черту кредиты, плевать на твои дела:
легкое платье, мохито, джин,
верхом на тебе, вздыматься, закусывать удила,
Вливаться в тягучий густой поток,
чтоб ты не сбежал, колени сводя с трудом,
смотрел как раньше, держал бы под локоток,
съедал, едва поспевая за угол, властным горячим ртом.
Чтобы ты не решил, будто детка не знает жизни,
Чтоб я вместе с тобой, как земля из-под ног, плыла.
Твоя детка на все готова. Готов ли ты?
Давай убежим, а?
Ум вертляв, моя девочка.
Жаждой выжить, попытками не пропасть
Мы изводим себя и ближнего.
Курим. Пьем. Не рожаем идей и дочек.
И молчим о главном. Молчим вдвоем.
Время?
Время сложноустроенных одиночек.
Ум вертляв, моя девочка.
В тихом отчаянии сладко себя терзать.
Только вот в отрицании мало толка.
Прощай прошлое, обновляй мечты,
Чаще ходи гулять.
И не позволяй себе превратиться в степного волка,
Одиноко скулящего у воды.