Что именно не так было в моем выступлении
«Я ругаю себя. Не надо было даже приходить». Александр Сокуров — о последствиях разговора с Путиным
Режиссер поспорил с президентом на заседании СПЧ
Сокуров на заседании Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека в Москве
Фото: Алексей Дружинин / ТАСС
Режиссер Александр Сокуров заявил «Фонтанке», что всегда сожалеет о выступлении, которое не нашло общественной поддержки. И после недавнего разговора с президентом — тоже. Но вопросы, которые он поднял, обсуждать всё равно придется.
— Александр Николаевич, вас комментарий Кадырова встревожил?
— Конечно, потому что это напрямую затрагивает мою безопасность. Но поскольку я не первый и не последний, кому поступают угрозы из этой части страны, я должен относиться к этому как к неизбежности. Видимо, это издержки того, что в стране вообще создан СПЧ и само устройство его вызывает крайнее раздражение и негодование в Чечне, где не приняты дискуссии, не приняты некоторые конституционные нормы, которые приняты в других частях России.
— Так вы в этом видите скорее подтверждение того, что вы говорили на совете о настроениях в кавказских регионах?
— Это политическое подтверждение. Есть и другие факты, более глубокие и куда более органичные, которые говорят, что естественные настроения происходят в среде молодежной — в том числе в кавказском обществе, где есть естественные проблемы развития. Я много раз говорил об этом — речь идет о стагнации этой части страны, что вызовет тяжелые последствия для всей Федерации.
— Только этой части? Просто вы говорили о других регионах, которые надо развивать, — Сибирь, Архангельская область…
— Ну, вы же меня спросили по конкретному поводу.
— Уточняю: кавказские регионы как-то сильно выделяются на общем фоне?
— Без всякого сомнения, потому что существует серьезная экономическая поддержка и гарантия со стороны Федерации в существовании экономическом и политическом. С точки зрения условий жизни, климата, конечно, выживание и существование в кавказских республиках проще, чем в Архангельской области, Мурманской, Вологодской, отчасти в Поволжье. Разве можно сравнить климатические условия? Несравнимо. И стоимость жизни выше в северных регионах, и вклад в федеральный бюджет несоизмеримо выше. Но давайте вообще отметим: мы говорим о моем выступлении на СПЧ — в том месте, где такие выступления и должны происходить. Совет создан для того, чтобы высказывались и доводились до сведения президента разные точки зрения — и политические, и социальные. Поэтому меня удивляет, что это вызывает такую раздраженную реакцию у средств массовой информации — как в костер подбросить дровишек. Надо внимательно читать, прочтите текст моего выступления.
— Уже неоднократно, он у меня перед глазами…
— Что там вызывает у вас негодование или несогласие? Что там непонятно?
— Я скорее о реакции президента. Он упирал на то, что есть болезненные точки, вроде территориальной целостности страны, которые в публичном поле трогать не стоит…
— Я не согласен с этим. Во-первых, у президента не было возможности внимательно прочесть то, что я сказал. Я предварительно никогда не сдаю в администрацию президента тексты, как это делают, видимо, остальные члены совета.
— А есть такая практика?
— Ну, мне кажется, да. Когда президент реагирует на выступления, перед ним лежат тексты. Я никогда не сдаю тексты на цензуру и просмотр. Так что он воспринимал меня на слух. Вот и пошла волна его негодования и возмущения. Я сожалею, что не получил ответ ни на один из вопросов, которые задал, и ни один из вопросов не был правильно понят. Поэтому я в растерянности пребываю: а зачем тогда нужен этот совет и это всё?
Посмотрите на заявление пресс-секретаря президента о том, что это было непрофессиональное выступление. У меня нет с ним таких контактов, которые, наверное, есть у вас. Я почти не знаком с ним. Знаю только, что он меня не любит, даже более чем не любит, и здесь у него с Кадыровым общее настроение. Но о каком профессионализме может идти речь, когда совет создан из граждан и я выступаю как гражданин. Я вижу болевые точки моей страны как гражданин, не как дипломат, не как политик, не как работник разведки и не как идеолог. Я вижу боль, я о ней говорю. И у меня есть право говорить. У меня хорошее образование, большая общественно-политическая практика, мне 70 лет, я что-то прожил и имел отношения не с одним президентом. Когда Владимир Владимирович заявляет, что я огульно что-то говорю, — это неправильно. Россия — такая страна, и она находится в таком политическом положении, а я сразу сказал, что существует политическое напряжение сверх меры и кризис конституционный, — что нужно говорить обо всех вопросах.
— Кризис в том смысле, что Конституция отстает от реальности?
— Конечно. Поправки, не поправки — молодежь смотрит дальше, а Конституция смотрит под ноги и не учитывает это поколение на политической карте страны. Вы это и по Петербургу можете увидеть — какая стагнация культурных инициатив у нас происходит, я уж не говорю о политических обстоятельствах внутри города, насколько это вяло и неинтересно. Это всё надо обсуждать открыто. Если что-то президенту не нравится в том, что я говорю, — пожалуйста, конкретно, с позиции вашей осведомленности докажите мне, в чем я не прав. Эти вопросы надо обсуждать с людьми, которые называются народом.
— Я так понял, что именно вопрос самоопределения регионов кажется президенту ящиком Пандоры…
— Правильно, этот ящик надо открывать, заглядывать туда, анализировать, участвовать в диалогах. Я несколько раз предлагал собрать общефедеральную дискуссионную площадку для обсуждения истории развития взаимоотношений с Кавказом. Это все не так просто. И о государственном устройстве надо говорить, потому что Конституции, которая фиксирует основные позиции государственного устройства, — сто лет. Неизбежно надо говорить обо всех самых сложных вопросах.
— И в том числе о том, чтобы регионы могли высказаться за отделение от России?
— В том числе о праве регионов думать о том, как должна складываться их жизнь. Вы еще раз прочтите текст моего выступления, я там говорю о том, что с Кавказом связана стагнация в развитии. Раньше говорили: здесь — засилье русских, русские мешают. Сейчас этого засилья нет, во всех республиках абсолютно национальные администрации, а развития нет. В чем причина? Об этом надо говорить смело, открыто, в том числе и с представителями республик на дотациях. Мы повязаны этими обстоятельствами.
— Александр Николаевич, а как вы сами определяете жанр этих ваших бесед с президентом? Надеетесь ли повторить?
— Я ругаю себя каждый раз. И сейчас я считаю, что не надо было даже приходить на это собрание, потому что моя точка зрения очень часто не совпадает с точкой зрения президента и совета. Меня же никто не поддержал, и каждый раз я таким бельмом становлюсь. Может, мне вообще не надо заниматься общественной деятельностью? Я так же торчу, как кол, в ситуации градозащиты в Петербурге, я везде не ко двору. Может, не надо этим заниматься?
— А что если этого от вас и добиваются?
— Ну, может, и правильно, что мне об этом говорят. А я не нахожу ума это понять. Это ошибка — выступление, которое не вызывает общественной поддержки ни у прессы, ни у членов совета, ни у людей, окружающих меня. Значит, это ошибка. Значит, надо таким, как я, замолчать и перестать участвовать в этом процессе. Мы не нужны. И в этом нет никакой обиды. Объективно обстоятельства сложились таким образом, что мы не нужны. Вот вы же не встанете на мою защиту. Вы просто будете меня использовать как дровишки в костре вашего СМИ. Вы же не защитите меня, если что-то со мной произойдет. Вы будете наблюдать со стороны: ах, опять он высунулся и получил по заслугам. Когда средства массовой информации защищали людей, которые серьезно думают о происходящем на Родине?
— Смотря что вы имеете в виду под защитой…
— Не расшифровывайте мои слова. Просто слушайте, что я говорю. Если вы услышали, что за ними стоит, — хорошо. Нет — значит, не стоило говорить. Защита — это понимание. Найдите текст моего выступления, найдите там хоть одно утверждение, которое расходится с интересами народа и людей, которые сегодня думают и болеют за государство. Не о прошлом речь, а о сегодняшнем и будущем.
15 мыслей, которые помогут изменить твоё отношение к жизни
1. Большинство людей сами делают себя несчастными, потому что не в состоянии принять жизнь такой, какая она есть
Жизнь порой бывает жестока, и этого не избежать. Единственное, что ты можешь сделать, — это научиться принимать ее такой, какая она есть, без завышенных ожиданий и веры в свою уникальность. Ты не всегда будешь добиваться того, чего хочешь, не всегда будешь получать удовольствие от тех вещей или людей, на которых делаешь ставки, не сможешь полностью контролировать свою жизнь. Чем раньше ты это признаешь, тем легче тебе будет.
2. Всё в твоей жизни имеет ровно то значение, которое ты сам ему придаёшь
Ты сам выбираешь, что для тебя важно, а что нет. Ты сам определяешь ценность вещей, людей и поступков. Только ты можешь решить, что для тебя значит, к примеру, неудача — провал и знак того, что продолжать попытки не стоит, или важный жизненный урок и возможность сделать работу над ошибками, чтобы попробовать еще раз.
3. Если ты не отпустишь ситуацию и не простишь себя, ты не сможешь двигаться вперед
Можно зацикливаться на своих ошибках и позволять прошлому определять самочувствие и твое будущее, а можно простить себя и отпустить ситуацию, чтобы спокойно двигаться вперед. В первом случае тебя ждет бесконечное самокопание и чувство вины, а во втором — здоровая психика и куча возможностей.
4. Беспокойство не сможет изменить результат
В большинстве случаев беспокоиться за результат как минимум бессмысленно. Твои переживания не заставят тебя сделать лучше и больше, чем ты можешь, а, напротив, могут даже усугубить ситуацию. Вместо того чтобы беспокоиться о чём-то, попробуй направить свою энергию на получение полезного опыта и извлечение правильных выводов.
5. Когда ты внимателен, любая ситуация или человек может научить тебя чему-то полезному
Быть наблюдательным и уметь слушать — два наиболее полезных навыка, которые ты можешь приобрести. С их помощью ты сможешь постоянно учиться, узнавать что-то новое и делать для себя необходимые выводы.
6. Всё, что происходит с тобой и вокруг тебя, к лучшему
Сложно заставить себя в это поверить, но, как только ты набираешься жизненного опыта, всё становится очевидно. Каждая твоя ошибка, каждое разочарование, каждое сомнение в себе и в своих решениях в конце концов приводили тебя туда, куда нужно. Ты расстаешься с людьми, чтобы встретить кого-то роднее, теряешь работу, чтобы найти себя и то, что тебе действительно нравится, терпишь неудачу, чтобы стать сильнее и решительнее.
7. Ты тратишь одинаковое количество ресурсов на то, чтобы сделать себя несчастным или счастливым
Просто в одном случае твое время и энергия направлены на саморазрушение, жалость к себе, нытье и переживания, а в другом — на становление характера и улучшение своей жизни. Объем работы получается одинаковым, зато насколько противоположные результаты можно получить. В следующий раз, когда будешь искать себе оправдания и мериться с кем-либо своими проблемами, вспомни об этом.
8. Нужно использовать свои проблемы как мотивацию, а не как повод для раздражения
Можно оказаться в сложной ситуации и понять, что тебе срочно нужно меняться, а можно забить на возможность изменений и жить, постоянно испытывая раздражение. Опять же, выбор делаешь только ты сам.
9. Умение начинать всё сначала, когда ты понимаешь, что ошибся с выбором, — это проявление силы
Большинство людей предпочитает идти до конца, даже если где-то в середине пути они понимают, что ошиблись с выбором. Они уверены, что бросать дела на полпути — признак слабости и незрелости. На самом деле слабость — это как раз боязнь изменить то, что тебя не устраивает, и продолжение движения по инерции.
10. В твоих реакциях и чувствах виноваты не другие люди, а ты сам
Когда ты поймешь и примешь эту простую истину, жить станет намного легче. Ты перестанешь обвинять родных и друзей в том, какие эмоции испытываешь, и больше не позволишь поступкам и словам окружающих негативно влиять на тебя. Ты возьмешь свои чувства под контроль и перестанешь быть мишенью для токсичных людей, манипуляторов и абьюзеров.
11. Общение с кем-либо нельзя сохранить, если один из вас не прилагает никаких усилий
Связи с дальними родственниками, старыми друзьями, знакомыми со времен школы или университета разрываются с течением времени, даже если ты ими дорожишь.
Дело в том, что одних твоих усилий никогда не будет достаточно для поддержания общения. Либо оба делают шаги навстречу друг другу, либо отношения рушатся, и третьего не дано. Так что не бери на себя слишком много и научись отпускать людей.
12. Счастье начинается с твоего мышления
Ни любимый человек, ни хорошее образование в престижном вузе, ни высокооплачиваемая работа и крупная сумма на сберегательном счету не смогут принести тебе счастье, пока ты не перестроишь свое мышление. Счастье начинается с твоих мыслей, с того, что ты говоришь самому себе каждый день.
13. Чем меньше ты сомневаешься, тем больше у тебя получается
Сомнения никогда не идут на пользу. Если ты решишь сделать что-то — для начала поверь в то, что твой план сработает, ты справишься со всеми непредвиденными обстоятельствами и не сдашься на полпути. Избавься от сомнений — и ты увидишь, что поставленных целей можно добиваться без лишнего волнения.
14. Негативные эмоции вредят только тебе
Ты можешь злиться на окружающих людей, раздражаться, расстраиваться, разочаровываться, конфликтовать с ними, пытаться доказать им что-то скрипя зубами. Другому человеку, возможно, будет неприятно, и не более того. А вот ты будешь проживать весь спектр негативных эмоций, которые выведут тебя из равновесия.
15. Нет смысла доказывать что-то кому-либо
Отстаивание собственной правоты, попытки заставить кого-либо поверить в тебя или изменить свое мнение о твоих возможностях в большинстве случаев ни к чему не приводят. Человек, который в чём-то убежден, всё равно останется при своем мнении, какие бы аргументы ты ни приводил и как бы сильно ты ни старался. Нет смысла тратить свое время и силы на бесполезные споры.
«Я ругаю себя. Не надо было даже приходить». Александр Сокуров — о последствиях разговора с Путиным
Режиссер поспорил с президентом на заседании СПЧ
Сокуров на заседании Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека в Москве
Фото: Алексей Дружинин / ТАСС
Режиссер Александр Сокуров заявил «Фонтанке», что всегда сожалеет о выступлении, которое не нашло общественной поддержки. И после недавнего разговора с президентом — тоже. Но вопросы, которые он поднял, обсуждать всё равно придется.
— Александр Николаевич, вас комментарий Кадырова встревожил?
— Конечно, потому что это напрямую затрагивает мою безопасность. Но поскольку я не первый и не последний, кому поступают угрозы из этой части страны, я должен относиться к этому как к неизбежности. Видимо, это издержки того, что в стране вообще создан СПЧ и само устройство его вызывает крайнее раздражение и негодование в Чечне, где не приняты дискуссии, не приняты некоторые конституционные нормы, которые приняты в других частях России.
— Так вы в этом видите скорее подтверждение того, что вы говорили на совете о настроениях в кавказских регионах?
— Это политическое подтверждение. Есть и другие факты, более глубокие и куда более органичные, которые говорят, что естественные настроения происходят в среде молодежной — в том числе в кавказском обществе, где есть естественные проблемы развития. Я много раз говорил об этом — речь идет о стагнации этой части страны, что вызовет тяжелые последствия для всей Федерации.
— Только этой части? Просто вы говорили о других регионах, которые надо развивать, — Сибирь, Архангельская область…
— Ну, вы же меня спросили по конкретному поводу.
— Уточняю: кавказские регионы как-то сильно выделяются на общем фоне?
— Без всякого сомнения, потому что существует серьезная экономическая поддержка и гарантия со стороны Федерации в существовании экономическом и политическом. С точки зрения условий жизни, климата, конечно, выживание и существование в кавказских республиках проще, чем в Архангельской области, Мурманской, Вологодской, отчасти в Поволжье. Разве можно сравнить климатические условия? Несравнимо. И стоимость жизни выше в северных регионах, и вклад в федеральный бюджет несоизмеримо выше. Но давайте вообще отметим: мы говорим о моем выступлении на СПЧ — в том месте, где такие выступления и должны происходить. Совет создан для того, чтобы высказывались и доводились до сведения президента разные точки зрения — и политические, и социальные. Поэтому меня удивляет, что это вызывает такую раздраженную реакцию у средств массовой информации — как в костер подбросить дровишек. Надо внимательно читать, прочтите текст моего выступления.
— Уже неоднократно, он у меня перед глазами…
— Что там вызывает у вас негодование или несогласие? Что там непонятно?
— Я скорее о реакции президента. Он упирал на то, что есть болезненные точки, вроде территориальной целостности страны, которые в публичном поле трогать не стоит…
— Я не согласен с этим. Во-первых, у президента не было возможности внимательно прочесть то, что я сказал. Я предварительно никогда не сдаю в администрацию президента тексты, как это делают, видимо, остальные члены совета.
— А есть такая практика?
— Ну, мне кажется, да. Когда президент реагирует на выступления, перед ним лежат тексты. Я никогда не сдаю тексты на цензуру и просмотр. Так что он воспринимал меня на слух. Вот и пошла волна его негодования и возмущения. Я сожалею, что не получил ответ ни на один из вопросов, которые задал, и ни один из вопросов не был правильно понят. Поэтому я в растерянности пребываю: а зачем тогда нужен этот совет и это всё?
Посмотрите на заявление пресс-секретаря президента о том, что это было непрофессиональное выступление. У меня нет с ним таких контактов, которые, наверное, есть у вас. Я почти не знаком с ним. Знаю только, что он меня не любит, даже более чем не любит, и здесь у него с Кадыровым общее настроение. Но о каком профессионализме может идти речь, когда совет создан из граждан и я выступаю как гражданин. Я вижу болевые точки моей страны как гражданин, не как дипломат, не как политик, не как работник разведки и не как идеолог. Я вижу боль, я о ней говорю. И у меня есть право говорить. У меня хорошее образование, большая общественно-политическая практика, мне 70 лет, я что-то прожил и имел отношения не с одним президентом. Когда Владимир Владимирович заявляет, что я огульно что-то говорю, — это неправильно. Россия — такая страна, и она находится в таком политическом положении, а я сразу сказал, что существует политическое напряжение сверх меры и кризис конституционный, — что нужно говорить обо всех вопросах.
— Кризис в том смысле, что Конституция отстает от реальности?
— Конечно. Поправки, не поправки — молодежь смотрит дальше, а Конституция смотрит под ноги и не учитывает это поколение на политической карте страны. Вы это и по Петербургу можете увидеть — какая стагнация культурных инициатив у нас происходит, я уж не говорю о политических обстоятельствах внутри города, насколько это вяло и неинтересно. Это всё надо обсуждать открыто. Если что-то президенту не нравится в том, что я говорю, — пожалуйста, конкретно, с позиции вашей осведомленности докажите мне, в чем я не прав. Эти вопросы надо обсуждать с людьми, которые называются народом.
— Я так понял, что именно вопрос самоопределения регионов кажется президенту ящиком Пандоры…
— Правильно, этот ящик надо открывать, заглядывать туда, анализировать, участвовать в диалогах. Я несколько раз предлагал собрать общефедеральную дискуссионную площадку для обсуждения истории развития взаимоотношений с Кавказом. Это все не так просто. И о государственном устройстве надо говорить, потому что Конституции, которая фиксирует основные позиции государственного устройства, — сто лет. Неизбежно надо говорить обо всех самых сложных вопросах.
— И в том числе о том, чтобы регионы могли высказаться за отделение от России?
— В том числе о праве регионов думать о том, как должна складываться их жизнь. Вы еще раз прочтите текст моего выступления, я там говорю о том, что с Кавказом связана стагнация в развитии. Раньше говорили: здесь — засилье русских, русские мешают. Сейчас этого засилья нет, во всех республиках абсолютно национальные администрации, а развития нет. В чем причина? Об этом надо говорить смело, открыто, в том числе и с представителями республик на дотациях. Мы повязаны этими обстоятельствами.
— Александр Николаевич, а как вы сами определяете жанр этих ваших бесед с президентом? Надеетесь ли повторить?
— Я ругаю себя каждый раз. И сейчас я считаю, что не надо было даже приходить на это собрание, потому что моя точка зрения очень часто не совпадает с точкой зрения президента и совета. Меня же никто не поддержал, и каждый раз я таким бельмом становлюсь. Может, мне вообще не надо заниматься общественной деятельностью? Я так же торчу, как кол, в ситуации градозащиты в Петербурге, я везде не ко двору. Может, не надо этим заниматься?
— А что если этого от вас и добиваются?
— Ну, может, и правильно, что мне об этом говорят. А я не нахожу ума это понять. Это ошибка — выступление, которое не вызывает общественной поддержки ни у прессы, ни у членов совета, ни у людей, окружающих меня. Значит, это ошибка. Значит, надо таким, как я, замолчать и перестать участвовать в этом процессе. Мы не нужны. И в этом нет никакой обиды. Объективно обстоятельства сложились таким образом, что мы не нужны. Вот вы же не встанете на мою защиту. Вы просто будете меня использовать как дровишки в костре вашего СМИ. Вы же не защитите меня, если что-то со мной произойдет. Вы будете наблюдать со стороны: ах, опять он высунулся и получил по заслугам. Когда средства массовой информации защищали людей, которые серьезно думают о происходящем на Родине?
— Смотря что вы имеете в виду под защитой…
— Не расшифровывайте мои слова. Просто слушайте, что я говорю. Если вы услышали, что за ними стоит, — хорошо. Нет — значит, не стоило говорить. Защита — это понимание. Найдите текст моего выступления, найдите там хоть одно утверждение, которое расходится с интересами народа и людей, которые сегодня думают и болеют за государство. Не о прошлом речь, а о сегодняшнем и будущем.
Как подготовиться и провести публичное выступление
Выбираем тему, составляем план и побеждаем страх сцены
Меня зовут Катя, и я спикер. До сих пор волнительно так про себя говорить, но я посчитала, сколько публичных выступлений у меня было за последний год, и решила, что это будет правильным названием.
Я хочу поделиться теми знаниями, которые у меня накопились за это время. Я часто работаю с новичками публичных выступлений и знаю, как это может быть волнительно на всех этапах подготовки. В этой статье речь пойдет о том, как выбрать тему, составить план, сделать презентацию, побороть тревогу, собирать и использовать обратную связь.
Типы выступлений и их особенности
Разберем, какие бывают выступления. Их можно разделить на онлайн и офлайн и по форматам: лекции, мастер-классы и подкасты-интервью. У каждого типа есть свои нюансы. Я постаралась сделать рекомендации максимально универсальными, выделив несколько особенностей для каждого типа.
По типу проведения. Первое крупное деление — онлайн и офлайн. С офлайном все понятно: вы будете выступать в месте, где на вас будут смотреть люди, и сразу сможете оценить их реакцию. Кому-то это помогает, кого-то пугает еще больше. Кажется, что на начальном этапе проще проводить мероприятия онлайн: можно хотя бы выключить камеру. Но в офлайне вы получаете эмоциональную обратную связь.
Онлайн бывает двух типов: живая трансляция, то есть лайв, и запись, как во время создания онлайн-курсов. Предзаписанные выступления пугают меньше: можно вырезать неловкие моменты и повторить фразу несколько раз с разной интонацией, пока не получится хорошо.
Для лайва нужно тщательнее готовить свою речь, как и для офлайн-выступления: следить за словами-паразитами, мыслями, мимикой и языком тела. Плюс чаще всего на лайве у вас будут более жесткие ограничения по времени.
По форматам. Лекции — максимально знакомый формат: выбираете тему и рассказываете про нее. Чаще всего, чтобы добавить выступлению структуру и проиллюстрировать свои мысли, необходимо подготовить слайды. Дальше вы работаете «говорящей головой», а в конце отвечаете на вопросы по теме.
Мастер-классы и семинары — логичное продолжение лекций и выступлений. Сначала вы даете теорию, потом практику. Чаще всего для мастер-класса нужны готовые для работы материалы. Если вы записываете онлайн-курс, то это файлы, на примере которых вы показываете, что и как делаете. Если это онлайн-трансляция, то вам нужно будет записывать экран в формате скринкаста и показывать работу в программе. Если это офлайн — то в зависимости от темы это могут быть маркеры, стикеры, блокноты, чарты, кисти, краски и даже пресс и гильотина для блокнотов. Материалов должно хватать на всех участников.
И последнее — живые интервью, записи подкаста. Мне нравится этот формат, потому что он непредсказуем. Тут есть две основные роли: модератор-ведущий и спикер, иногда не один. Задача модератора — построить разговор так, чтобы у слушателя создалась иллюзия непринужденной беседы, а не просто ответов на вопросы. Тут важно заранее продумать связки между вопросами и уметь увести спикера в нужную тему. Хорошо, если вы легко импровизируете, хотя иногда можно остановить запись и спросить спикера: «А как тебя лучше подвести к следующей теме?»
Спикеру чуть проще — он должен заранее получить список основных вопросов и подготовить ответы так, как ему удобнее: мысленно или письменно. Если я выступаю спикером на подкасте, то просто пробегаю вопросы глазами, вспоминаю истории, которые можно было бы рассказать, но особенно не готовлюсь.
Выбор и подготовка темы
Понятно, в каких форматах говорить, но не всегда понятно о чем. Часто я нахожу интересных людей для выступлений, но слышу: «Мне же не о чем рассказать». Можно найти много причин, почему так происходит, но я уяснила один факт: каждому есть о чем рассказать, надо только найти свою тему.
Для этого представьте себя на кухне с друзьями и подумайте, о чем бы вы могли увлеченно рассказывать полчаса-час подряд. У всех есть эта тема: кто-то говорит про работу, кто-то про отношения, кто-то про недавно завершенный проект, кто-то про лайфхаки.
Если переживаете, что тема может оказаться неинтересной, слишком общей или узкой, ее можно протестировать. Пока был актуален «Клабхаус», я собирала слушателей там. Объясняла, что готовлю выступление и мне надо проверить тему — в результате сразу получала вопросы и обратную связь, понимала, как много у меня материала, какие темы еще нужно осветить, а какие не очень интересны. Такие тестовые прогоны можно делать и в «Зуме», и в «Инстаграме», и в «Телеграме» с голосовыми чатами. Если еще и сделать запись, то у вас будет готова подробная основа выступления, из которой будет проще составить план.
Если некомфортно говорить публично без подготовки — запишите мысли на диктофон. Не думайте о структуре — просто наговорите мысли, которые приходят в голову по вашей теме. Переслушивая, можно выстроить логику, добавить какие-то вещи и поменять блоки местами. Первые пять-десять минут процесс записи может смущать, но потом станет легче.
Подумайте, о чем вы говорили на записи или на кухне, и попробуйте охарактеризовать это несколькими словами — так сложится название темы. Оно должно быть максимально четким и цепляющим. Например, то самое выступление, которое я репетировала в «Клабхаусе», получило название «Дизайн и деньги». Не сильно оригинально, но коротко и ясно.
Дальше теме нужно небольшое описание — лид. Я писала, что хочу рассказать о том, как дизайн-фрилансеру рассчитать стоимость проекта, как выставлять счет, как обосновывать цену, работать с друзьями и тому подобное. У вас есть примерно 10 секунд, чтобы заинтересовать потенциального гостя, пока он просматривает списки спикеров и их темы. За это время вам нужно донести свою мысль коротко и ясно.
План выступления
После того как вы определились с темой, нужно составить план. Обычно я начинаю с того, что выписываю все мысли, которые есть. Если вы делали тестовый прогон или диктофонную запись — выпишите ключевые мысли оттуда. Я могу даже несколько дней ходить и записывать все, что приходит в голову. Параллельно я собираю ссылки, которые могут оказаться важны для моей темы.
Следующим шагом я разбиваю этот поток сознания на этапы. Здесь помогает представить выступление как диалог. Вы рассказываете, а аудитория задает наводящие вопросы, по которым вы продолжаете рассказ:
Когда я понимаю, что не могу придумать ничего нового, начинаю сужать тему и искать дополнительную информацию. Например, кто первый сказал, что принт мертв? Погуглила и добавила трех человек, которые про это говорили. А почему раньше все использовали печатные карты, книги и рекламу? Потому что это был единственный информационный медиум, и так далее.
Не забудьте продумать связки между блоками информации: как вы переходите из первой темы ко второй. Чем мягче будет этот переход, тем больше ваша лекция будет затягивать слушателя, тем больше это будет напоминать художественный рассказ, а не сухое перечисление фактов.
Важно, что фрагментарный план работает только для тех, кто легко импровизирует. Если вы переживаете и чувствуете себя неуверенно — запишите себя на диктофон, опираясь на этот план, и прослушайте запись. Так у вас появится конспект выступления. Повторяйте, пока лекция не будет отскакивать от зубов или вы не поймете, что запомнили достаточно. Можно еще записать текст в блокнот или на карточках и сразу его отредактировать. Главное — уверенность в том, что вам есть что сказать.
Презентация и обучающие материалы
Лучше всего при создании презентации исходить из одного слайда или картинки на каждую важную мысль. В таком случае презентация станет опорой выступления, и каждый следующий слайд будет напоминать вам, что вы хотите сказать дальше. Количеством слайдов также удобно рассчитать длину лекции — у меня на каждый уходит от 10 до 60 секунд.
Самое важное, что нужно знать: презентация должна дополнять ваши слова, а не забирать все внимание на себя. Если на слайдах много текста, то все будут читать текст, а не слушать вас. Помещайте на слайд основные тезисы, иллюстрацию или то, что можно неправильно услышать, например адрес сайта или чье-то имя.
Представьте, что вашу лекцию будут не конспектировать, а фотографировать на телефон. Презентация должна быть такой, чтобы слушатель смог вспомнить, о чем вы говорили на выступлении, но при этом это не было бы транскриптом вашей лекции.
Если я веду мастер-класс или записываю скринкасты, то вместо презентации готовлю другие материалы. Когда я записывала уроки для онлайн-курса по программе Adobe inDesign, я готовила конспект мастер-класса, ключевые пункты, которые мне нужно рассказать, и файл для начала работы в программе. Дома я всегда выполняла урок в программе, которую собиралась показывать ученикам, чтобы понять, где есть затык, где что-то не получается, какими словами описывать те или иные вещи, чтобы не тратить время перед камерой. И для работы я сдавала студентам два файла: тот, с которого я начинаю, и финальный, который у меня получился в конце занятия. Я подсмотрела это в официальных книгах Adobe, и это хорошо работает.
В Британской школе дизайна я учу студентов готовить и собирать печатные книги с их проектами — это называется букбайндингом. Я всегда делаю дома тестовый образец, на котором могу понять, какие материалы нужны, где есть недочеты и как их исправить. Нет ничего более грустного, чем педагог, который не знает, что делать дальше, поэтому поймите слабые места своего урока дома.
Драматургия и работа с аудиторией
Я использую несколько типов повествования во время выступлений в зависимости от задачи, которая стоит передо мной и моей лекцией. Вероятно, все помнят из школы про завязку — кульминацию — развязку. Вот тут все примерно то же.
Если вы читаете экспертную лекцию, то хорошо подходит последовательность боль — опыт — решение. Например, вы приезжаете с лекцией про софт-скиллы — то есть умение общаться в команде, вести переговоры и адаптироваться к изменениям. Боль в этом случае будет про то, что мало кто этими навыками обладает — и многие лишаются проектов. Ваш опыт — как лично вам недостаток навыков мешал в жизни, клиенты, которые от вас уходили, или ваши поиски решения. Решение — выжимка из вашего опыта, чему вы научились и что практикуете для развития этих скиллов. Также отлично подойдет для продающих презентаций — расскажите, как ваш продукт решает боли целевой аудитории.
Для рассказа о своем сообществе Ladies, Wine & Design, Moscow на фестивале креативных индустрий G8 в 2020 году я взяла другую схему: введение — ценности — просьба — заключение. Мне нужно было рассказать о тех крутых вещах, что мы делаем, и пригласить девушек к нам в сообщество. Я сначала рассказала про корни, откуда все началось, почему это важно основательнице и мне — введение. Рассказала, что именно мы делаем и почему — ценности. Пригласила девушек в группу, объяснив, что это им дает и чем мы можем быть им полезны — просьба. И в конце объяснила, почему так важно то, что мы делаем — заключение.
Если вас позвали рассказать именно про ваш опыт, я бы посоветовала такую схему: вступление — подводка — самый интересный случай — пожелание/заключение. Каждый из кусочков может повторяться, если вы поднимаете больше чем одну тему:
Привет, я Катя-дизайнер, много выступала в школьном кружке — подводка.
Потом решила дать свою первую лекцию — интересный случай.
Начала заниматься дизайном — еще одна подводка.
И начала презентовать свою работу клиентам — снова интересный случай.
Кстати, у вас тоже все получится — позитивное заключение.
Важно заканчивать на позитивной ноте. Я подсмотрела это у своего психолога, он никогда не отпускает меня расстроенной. Если же рассказ не предполагает умиротворяющего финала, дайте чек-лист с действиями.
Важный момент, который может расположить к себе в процессе выступления, — общий опыт. Очень хорошо работает связка «я был там, где вы сейчас, но я справился и сейчас вам расскажу». Люди глобально любят истории, а истории вокруг их болей и переживаний им нравятся еще больше.
Проверяйте свои пункты на «а зачем я слушаю это», крючки с аудиторией. Если ваша лекция может ответить на этот вопрос — это хорошая лекция.
Как подготовиться перед выступлением
До сих пор у меня все внутри трясется перед выходом на сцену или на камеру. Но волноваться нормально, все волнуются. Даже спикеры с годами опыта за плечами переживают и нервничают. Просто они не бегают в истерике по площадке, а находят способ справиться с тревогой. Кому-то помогает личный ритуал, кто-то пьет валерианку, кто-то повторяет материал. Есть множество способов снять волнение, но вам нужно найти тот, который подойдет именно вам. Можно тщательно репетировать свое выступление, расписывать полный сценарий или придумать себе ритуал, который будет вас успокаивать, стоять перед зеркалом и говорить себе, что вы красавчик.
Когда я выступала на фестивале креативных индустрий G8, для меня это было первым выступлением на широкую публику за последние много лет. Оно проходило в зале на 600 человек, но за пару недель мероприятие перенесли в онлайн и зрителей не было. Это было жутко. Пустой зал, камеры и понимание, что прямо сейчас в прямом эфире меня смотрит примерно 100 000 человек. Что я сделала? Рядом с камерами я рассадила своих друзей, чтобы у меня был зрительный контакт с людьми и поддержка близких.
Обратная связь
Как бы ни прошло ваше выступление — необходимо собрать обратную связь — как лично, так и в социальных сетях. Так вы сможете понять, насколько ваше выступление было понятно, какие точки запомнились хорошо, что, наоборот, было скучно и непонятно. Делайте скриншоты всего, что о вас пишут, просматривайте записи выступлений, читайте комментарии и анализируйте — какие шутки не зашли, где вы волновались, где все прошло хорошо, какие слайды больше всего понравились, где громче всего смеялись. Вы отрепетируете эти моменты перед следующими мероприятиями, и каждое ваше выступление будет лучше предыдущего.
Обязательно пообщайтесь с другими спикерами и гостями сразу после выступления, чтобы получить обратную связь не отходя от сцены. Если вы выступили хорошо — вас это замотивирует. Если плохо — вы сразу запомните свои косяки. Тут работает тот же принцип, что и везде: чем больше вы выходите на сцену, тем лучше у вас будет получаться.
Чек-лист для спикера
Всегда есть вещи, которые могут пойти не так. С частью вам нужно будет просто смириться, но проверить некоторые — в вашей власти. Вот что нужно не забыть до, после и во время выступления.
Во время выступления:
Хороший текст, от себя скажу с другой стороны баррикад, как организатор различных публичных мероприятий. Самое главное для меня в спикере это дикция и умение не боятся своего голоса. Очень часто лектор говорит не четко, с кашей во рту, глотая окончания. Ну ёлки-палки, раз ты спикер, возьми пару уроков у хорошего логопеда, пожалуйста. Вторая проблема, если с дикцией все ок, но человек говорит почти не слышно даже в микрофон, как бы сам пугается сказанного. Понятно, неопытный лектор, испугался публики. Но это жесть, потому что в момент не исправляется, а лекция идёт.
Все остальные проблемы с выступлением решить можно со временем.
Maria, соглашусь. Но это тоже во многом вопрос практики и обратной связи. Иногда просто послушать себя со стороны и комментария: «бро, тебя не слышно» — бывает достаточно.
С другой стороны я встречала людей, которые безумно боятся камеры / микрофона / зала, для них в выступлении нет вообще никакого кайфа, только нездоровый стресс. Если человек хочет развиваться в публичных выступлениях — он найдёт себе менторов или курсы и научится. Но иногда заставлять человека не надо, и можно мягко перевести его в формат подкастов, статей и заметок. Это тоже вполне рабочий вариант