Что лучше фрг или гдр
Восток VS Запад: чем отличаются земли бывшей ФРГ и ГДР?
Восток и Запад Германии — не одно и то же. Несмотря на то, что разделённые части немецкого государства (ГДР и ФРГ) снова объединились в единую страну в 1990 году, а немецкий народ стал единой нацией, отличия между землями разительные. Часть Германии, которая была под протекторатом соцлагеря, — это островок нерешённых до конца экономических проблем и населения, более приверженного авторитаризму. В то же время и Западная Германия может кое–чему поучиться в социальном развитии у восточного региона.
Самый свежий отчёт о состоянии немецкого единства (Jahresbericht der Bundesregierung zum Stand der Deutschen Einheit), рассказывает детально о том, что же сегодня разделяет или, наоборот, объединяет Восток и Запад Германии.
Что в экономике Востока и Запада Германии развито сильнее или слабее?
Первый признак развития — экономика. И она неоднородна до сих пор. Сфера услуг одинаково развита как на западе, так и на востоке страны, составляет в общей копилке валового внутреннего продукта регионов 68,6%. Другое дело производство, которое в восточнонемецких землях составляет 17,6% от ВВП регионов, а в западных — 22,8%. В то же время в развитии строительства Запад отстаёт от Востока — 5,3% против 8,3%. Больше тратят денег на государственное образование и здравоохранение в восточных землях.
Дороги, энергетика, пенсии и зарплаты
По мнению авторов отчёта, Западная и Восточная Германии практически уравнялись по наличию качественных дорог, энергетических сетей и медицинского обеспечения.
Пенсионеры на востоке Германии пользуются практически тем же уровнем пенсионных выплат — 97% от западнонемецких. Экономисты считают, что земли бывшей ГДР сделали громадный шаг вперёд в эффективности труда, которая выросла на 37 процентов. Уровень заработной платы вырос на 50%. В большинстве отраслей западнонемецкие и восточнонемецкие земли уже практически сравнялись по уровню оплаты труда.
Несмотря на то, что официальный отчёт говорит о явной интеграции в экономике, некоторые политики критикуют сам подход к просчёту этих показателей. Например, уровень обеспеченности домохозяйств/семей сравнивается не между Западом и Востоком, а между Востоком и общенемецким уровнем. А это может искажать данные и не давать полной оценки.
Восточнонемецкие женщины и уход за ребёнком
В отличие от западнонемецких земель, женщины здесь чувствуют себя более свободно в профессиональной сфере. Статистика показывает, что восточнонемецкие женщины работают значительно больше, чем в землях на западе. Кроме того, в восточных землях значительно больше обеспечен охват услугами по уходу за детьми. Возможно, именно этим объясняется возможность, которая есть у женщин, чтобы работать и реализовывать свой потенциал не только в семье, но и в профессиональной сфере.
До сих пор сохраняется огромный разрыв между возможностями по уходу за ребёнком в Восточной и в Западной Германии. Показатели эти почти в три раза выше на востоке, чем на западе страны.
Восток и Запад – разная демократия
Отношение к демократическим институтам в западных и восточных землях Германии отличается. В исследовании говорится, что 91% западных немцев считает лучшей формой правления демократию. В то же время только 78% опрошенных на востоке страны считают точно так же.
Развитие промышленности: всплеск на востоке и медленный рост на западе Германии
Западнонемецкая промышленность в период воссоединения уже достигла высокого уровня развития. С момента воссоединения и до 2000 года рост промышленности на западе Германии не превышал 2% ВВП. А вот индустриализация бывших земель ГДР была значительно выше из–за необходимости перевооружить и перестроить экономику — более чем +8% ВВП. В 2010–2015 годах рост промышленного сектора стал приблизительно одинаковым в обеих частях Германии — 3–4%. А в 2015–2018 годах западнонемецкие земли немного опередили восточные в увеличении промышленного потенциала: рост составил 3% в землях бывшего ФРГ и 2–2,5% в землях экс–ГДР. Экономисты считают это положительной тенденцией: ситуация выровнялась, и Германия получила практически единое экономическое пространство в сфере промышленности.
В то же время ни одна из земель Восточной Германии не дотянулась до уровня развития даже самой слабой в экономическом плане земли Западной Германии. Именно с этим связывают эксперты различия не только в оплате труда, но и в инвестировании в экономику Восточной Германии. Этот же фактор даёт показатель 88,3% уровня обеспеченности семей в Восточной Германии по сравнению с западнонемецкими семьями.
Как показывают последние замеры, количество сотрудников промышленных предприятий в Западной Германии достигает 27%, а в Восточной Германии в промышленности трудятся не более 10% жителей.
Оплата труда: отличия есть
Несмотря на бурный рост промышленного сектора, Германия серьёзно отличается по уровню оплаты труда за выполненную работу. Как показывает статистика, эти отличия почти не изменились, разве что выросли сами уровни оплаты, а вот разрыв остаётся на уровне 10–20 евро за час работы, без отчислений и налоговых выплат.
Если в 2000 году сотрудник предприятия или фирмы на западе страны зарабатывал для себя и компании почти 40 евро за час работы, то на востоке — чуть больше 20. В 2019 году разрыв уменьшился, но незначительно: на западе Германии — более 60 евро, а на востоке — почти 40 евро в час.
Восток и Запад Германии: население
В восточнонемецких землях пик спада рождаемости детей совпал со временем перехода от соцлагеря в единое федеральное государство — 1990–1995 годы. Но уже в 2000 году коэффициент рождаемости почти дорос до уровня Западной Германии, а в 2007–2008 годах сравнялся с показателем западнонемецких земель.
В 2018 году как западнонемецкие, так восточнонемецкие женщины родили почти одинаковое количество детей, а коэффициент этот достиг пика — 1,6. Он вырос вдвое в восточных немецких землях по сравнению с показателем 0,8 в середине 90–х.
Итог отчёта, который включает более 300 страниц текста, диаграмм и графиков, таков: полного объединения страны добиться пока что не удалось, однако большинство сфер жизнедеятельности интегрированы и могут считаться общенемецкими.
Напомним, что 3 октября считается государственным праздником и выходным днём — Днём объединения. Праздничные мероприятия проходят по всей стране, как в восточных, так и в западных землях. «Новыми» федеральными землями считают территории бывшей ГДР (Германской Демократической Республики), которые находились под влиянием СССР с 1952 года.
Это пять восточных земель:
Канцлер Германии также охарактеризовала своё воспитание на востоке как “почти комфортное”. “В течение 35 лет я жила под влиянием официального мнения, отличающегося от моего собственного”, — сказала Меркель, имея в виду коммунистическое руководство бывшей Восточной Германии. “Своими мыслями я могла поделиться с очень немногими людьми. Вот почему сейчас меня не беспокоит, когда другие видят вещи по–другому”, — говорит канцлер.
Новое в блогах
Хрущевки, колбаса, нудизм. Как была устроена жизнь в ГДР, витрине социализма
Школьники из Восточного Берлина по пути из школы домой вскоре после падения стены. Ноябрь 1989 года
Где жили
Так выглядел берлинский район Панков в конце 1980-х годов
Хенель говорит, что коммунальные платежи за небольшую двухкомнатную квартиру в Ростоке составляли 23 марки в месяц (около 10 рублей по официальному курсу тех лет). За трехкомнатную квартиру в новом доме в Берлине нужно было платить около 60 марок в месяц.
Что покупали
Судя по воспоминаниям, музейным экспонатам и сохранившимся фотографиям, в ГДР были довольно обычные продуктовые магазины, вся разница с Советским Союзом заключалась только в том, что в Германии продукты действительно были.
После падения стены жители Восточного Берлина заинтересовались ассоритментом в супермаркетах в западной части города
Перебои с поставками продуктов возникли ненадолго сразу после падения стены. Житель Западного Берлина Тони Гервида вспоминает, что в магазины нужно было идти к шести утра и стоять там в очереди. К десяти утра полки уже были пустыми.
Как доставали то, что купить нельзя
Жившая в ГДР недалеко от Берлина Аника Штиве в детстве бывала в таком магазине примерно раз в год. Она очень хотела куклу Барби, но родители ограничивались шоколадом. Барби девочка смогла получить только после падения стены.
Все остальное в диапазоне от немецких марок до американских джинсов можно было купить с рук, на черном рынке. Ральф Хенель покупал так западногерманские журналы и видеокассеты для занятий кунг-фу.
На чем ездили
Больше тридцати лет поезда метро из Западного Берлина шли без остановок на станциях в восточной части
На территории ГДР оказались сразу несколько заводов, ранее принадлежавших концернам Volkswagen или Audi. Они были национализированы, и это позволило начать производство социалистических автомобилей уже сразу после войны. Имущественные споры с оставшимися в ФРГ компаниями продолжались до начала 1950-х. Например, BMW потребовал переименовать произведенные на востоке автомобили, и они вышли на рынок под маркой EMW.
После объединения Германии все эти автомобильные марки перестали существовать, а заводы вернули прежним владельцам.
Что смотрели по телевизору и в кино
Легендарная немецкая панк-певица Нина Хаген на телешоу Café Paradise, 1987 год. В ГДР такие передачи можно было смотреть с помощью специальных антенн и в плохом качестве
Кино ГДР осмысляло итоги Второй второй мировой войны (самый известный фильм на эту тему «Мама, я жив» был очень популярен в СССР). Снимали сказки, фантастику, детективы. Ральф Хенель говорит, что билеты в кино стоили очень дешево, меньше одной марки. Перед фильмами обязательно показывали восточно-германский аналог советского киножурнала «Фитиль». В нем рассказывалось о достижениях экономики ГДР.
Что слушали
Корреспондент Би-би-си Крис Боулбирассказывает, что в 1960-е и 1970-е за любовь к западной рок-музыке в ГДР могли посадить в тюрьму. В 1969 году по Восточному Берлину распространились слухи о том, что в Западный Берлин приедут Rolling Stones и дадут концерт на одной из крыш, чтобы их было видно с востока. Собравшуюся толпу разгоняли полиция и агенты спецслужбы «штази». Один из молодых людей получил два года тюрьмы, а потом был выслан в ФРГ, несмотря на то что его семья осталась на востоке.
В 1987 году аналогичный концерт с крыши из Западного Берлина дал Дэвид Боуи, и тогда уже никого не разгоняли. В 1988 году на концерт Брюса Спрингстина в Восточном Берлине собралось больше ста тысяч человек.
Во что верили
Когда страна была разделена, в ГДР, как и во всех социалистических странах, атеизм был официальной идеологией. Как и в СССР, здесь уничтожали церкви, верующим приходилось сталкиваться с разного рода запретами и ограничениями.
Когда на берлинскую телебашню светило солнце, в шаре наверху появлялось изображение креста
Анике Штиве в ГДР из-за ее происхождения нельзя было вступить в пионеры и поступить в вуз
Чем занимались дети и подростки
Немецкие пионеры маршировали с главой ГДР Эриком Хоннекером (в центре) и главой Палестинской автономии Ясиром Арафатом (справа)
Без членства в пионерской и комсомольской организации практически невозможно было поступить в вуз.
В 1990-м пионерская и комсомольская организации прекратили свое существование.
Что такое Остальгия
Немецкая молодежь в 1986 году
marafonec
marafonecМарафонец
Бег на месте к горизонту
ГДР в конце 50-х. Жить стало лучше, чем в ФРГ.
«Надо отметить, что с самого начала экономического соревнования с ФРГ в 1958 г. руководство ГДР довольно реалистически оценивало свои возможности. Госплан республики составил список из 45 основных продуктов и товаров народного потребления, по которым предполагалось соревноваться с ФРГ. Из этого списка примерно по 15 позициям ГДР уже в 1958 г. превзошла ФРГ по потреблению на душу населения (сахар, сливочное масло, животные жиры, хлеб, пищевой картофель, овощи, рис, нижний трикотаж, мебель и др.). Еще по 16 наименованиям как раз и планировалось догнать и перегнать ФРГ к 1961-62 гг. (молоко, мясо, яйца, фрукты, хлопчатобумажные и шелковые ткани, обувь, верхний трикотаж, ковры, телевизоры, мотоциклы и др.). По остальным 14 видам продукции (кофе, какао, вина, южные фрукты, шерстяные ткани, легковые автомобили, стиральные машины и холодильники) ГДР не надеялась догнать западных соседей к 1962 г., однако намеревалась в разы сократить свое отставание.»
Экономическое соревнование ГДР и ФРГ в 50-е годы: был ли у социализма шанс?
Платошкин Н.Н.
1.Задача: догнать и обогнать ФРГ
Как известно, после прихода в СССР к власти Н.С. Хрущева (реально этот период, как представляется, начинается с 1958 года, когда Хрущев сосредоточил в своих руках единоличное руководство страной) Советский Союз поставил перед собой задачу в кратчайшие сроки догнать и перегнать США по производству и потреблению основных промышленных и сельскохозяйственных товаров.
Эта задача была отнюдь не волюнтаристской, если учесть, что после 1925 г. (за исключением периода Великой Отечественной войны) экономика СССР развивалась гораздо быстрее, чем экономика США. Если в 1913 г. Россия выплавляла в 7 раз меньше стали чем США (4.8 против 31.8 млн тонн), то уже в 1938 году это отставание резко сократилось (18 млн против 28.8 млн. тонн)[1]. Этот показатель приведен здесь потому, что именно выплавка стали считалась в первой половине XX века основным показателем промышленного развития страны. К 1941 г. СССР производил уже 10% мировой промышленной продукции, т.е. больше в относительном выражении, чем производит современная Россия[2]. В 50-е годы среднегодовые темпы роста советской экономики превосходили аналогичные показатели США в два раза. Несмотря на современные насмешки над Хрущевым по поводу кукурузы, сельское хозяйство Советского Союза росло в 1954-1959 гг более чем на 7% в год. Такой показатель до сих пор остается непревзойденным в отечественной истории.
Таким образом, цель Хрущева в то время казалась вполне достижимой (особенно после запуска в 1957 г. первого спутника, что вызвало шок в США). Однако в обоих лагерях холодной войны многие считали, что настоящее соревнование между социализмом и капитализмом должно развернуться на территории разделенной Германии. Ведь если Россия всегда серьезно отставала от США по всем экономическим показателям, то ГДР и ФРГ до 1945 г. составляли единое государство и имели, таким образом, равные стартовые условия. Поэтому любые экономические успехи и неудачи этих стран могли быть отнесены именно на счет преимуществ или недостатков социализма (в случае с ГДР) или капитализма (в случае с ФРГ). Тем более, что ФРГ в 50-е годы имела самые высокие темпы экономического роста в капиталистическом мире.
В июле 1958 года V съезд Социалистической единой партии Германии (СЕПГ; правящая коммунистическая партия ГДР) под влиянием Хрущева поставил задачу перегнать ФРГ по потреблению основных промышленных и продовольственных товаров на душу населения к середине 60-х годов.
Возникает вопрос: а были ли у ГДР в 1958 г. экономические предпосылки для того, чтобы действительно обогнать ФРГ? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо проанализировать основные моменты социально-экономического развития Восточной Германии во второй половине 50-х годов, которые были самым тесным образом связаны с очень непростой международной обстановкой того времени.
2. Экономическое чудо: версия ГДР
Немцы «второго класса». Что стало с ГДР после падения Берлинской стены
Друзья! Спешу поделиться с Вами откровениями про ГДР о которых узнал в прошлом году. Я никогда не задумывался, но ГДР наверное была идеальной страной для жизни. Это была страна победившего социализма уж точно. Она была совершенна. Вот они точно тихой сапой превзошли СССР. Меня обогатили, покорили и одновременно шокировали новые знания, которые получил от различных ярких личностей бывшего ГДР. Найдите 5 минут и прочитайте статью от корки до корки. Уверяю, не пожалеете
Дрезден. Цвингер
К АКИЕ ОНИ, ВОСТОЧНЫЕ НЕМЦЫ?
ГДР: СТРАНА, ИСЧЕЗНУВШАЯ С КАРТЫ
События 1989 года очень напоминали украинский майдан, — вспоминает историк Бригитта Квек. — Мировые СМИ в прямом эфире транслировали, как тысячи молодых немцев ломают стену, и аплодировали им. Но никто не спрашивал, а чего хочет 18-миллионная страна? Жители ГДР мечтали о свободе передвижений и «более хорошем социализме». Они с трудом представляли себе, как выглядит капитализм. Но не было никакого референдума, как например, у вас, в Крыму, а значит, «аншлюс» был абсолютно не легитимным!
3 октября 1990 года ГДР перестала существовать. ФРГ создала специальное унизительное Управление по опеке над бывшей ГДР, как будто восточные немцы были отсталыми и неразумными детьми. В сущности, Восточная Германия просто капитулировала. Всего лишь за год почти два c половиной миллиона человек потеряли работу при общей численности работающих 8,3 миллиона.
С Запада прибыли важные господа-администраторы, целью которых было демонтировать старую систему, внедрить новую, составить «черные» списки неугодных и подозрительных и произвести основательные зачистки. Были созданы специальные «квалификационные комиссии» по выявлению всех «идеологически» неустойчивых работников. «Демократическая» ФРГ решила жестоко расправиться с «тоталитарной ГДР».
1 января 1991 года были уволены все сотрудники берлинских юридических служб, как непригодные для обеспечения демократического порядка. В этот же день в Университете им. Гумбольдта (главном университете ГДР) ликвидировали исторический, юридический, философский и педагогический факультеты и выгнали всех профессоров и преподавателей без сохранения стажа. Кроме того, всем учителям, профессорам, научным, техническим и административным сотрудникам в учебных заведениях бывшей ГДР велели заполнить анкеты и сообщить подробные сведения о своих политических взглядах и партийной принадлежности. В случае отказа или утаивания информации они подлежали немедленному увольнению.
Начались «чистки» в школах. Старые учебники, как «идеологически вредные» выбросили на свалку. А ведь гэдэровская система образования считалась одной из лучших в мире.
В первую очередь уволили директоров, членов правившей в ГДР Социалистической единой партии Германии, — вспоминает доктор Вольфганг Шелике. — Лишились работы многие учителя гуманитарных наук. Остальным надо было выживать, и к ним пришел страх. Преподаватели не ушли в подполье, но перестали дискутировать, высказывать свою точку зрения. А ведь это сказывается на воспитании детей! Уволили также и учителей русского языка. Обязательным иностранным языком стал английский.
Атмосфера повсюду полностью поменялась. Пришлось работать локтями. Исчезли понятия солидарности и взаимовыручки. На работе ты больше не коллега, а конкурент. Те, у кого есть работа, вкалывают до седьмого пота. Им некогда пойти в кино или в театр, как это было в ГДР. А безработные впали в деградацию.
Немало людей лишились своих жилищ. И вот по какой некрасивой причине. Многие восточные немцы жили в частных домах, сильно разрушенных во время войны (Западная Германия пострадала куда меньше, чем Восточная). Строительные материалы были в большом дефиците. За сорок лет хозяева домов восстановили их, собрали буквально по камешку и могли теперь гордиться своими прекрасными виллами. Но после падения стены с Запада явились любимые родственники, которые раньше посылали открытки к Рождеству, и заявили, что имеют долю в этих домах. Давай, выплачивай! А откуда у бывшего «гэдээровца» накопления? Он получал хорошую зарплату, имел социальные гарантии, но он же не капиталист. Ах, нету денег? Нам плевать. Продавай свой дом и выплачивай нашу долю. Это были настоящие трагедии.
Но самое главное — произошла полная смена элит. С Запада хлынули не слишком успешные там немцы, которые немедленно захватили все высокооплачиваемые посты в бывшей ГДР. Они считались благонадежными. До сих пор в Лейпциге 70 процентов администрации составляют «вэсси». Да, нет милости для бессильного. Фактически весь контроль над бывшей республикой попал в руки новой колониальной администрации.
УМЕНИЕ «ЧИСТИТЬ» ЧУЖИЕ КАРМАНЫ
На государственном уровне грабить надо умеючи, изящно, в белых перчатках и очень быстро, пока жертва не опомнилась. ГДР была самой успешной страной Варшавского договора. Такой жирный кусок надо было глотать сразу, не раздумывая.
Сначала надо было показать будущим жертвам жест великодушия, установив обменный курс восточной марки на западную для граждан ГДР один к одному. Об этом громко кричали все западногерманские газеты! На деле оказалось, что обменять можно только 4000 марок. Свыше этого обмен шел по курсу две восточных марки на одну западную. Все государственные предприятия ГДР и малый бизнес могли обменивать свои счета только из расчета два к одному.
Следовательно, они разом потеряли половину своего капитала! При этом их долги пересчитывались по курсу 1:1. Не надо быть бизнесменом, чтобы понять, что подобные меры привели к полному разорению промышленности ГДР! Осенью 1990 года объем производства в ГДР снизился более чем вдвое! Вот теперь западные «братья» могли снисходительно говорить о нежизнеспособности социалистической промышленности и ее немедленной приватизации «на честных и открытых условиях». Но какие, к чертям, честные условия, если у граждан ГДР не было капитала?! Ах, нет денег? Очень жаль. И 85 % всей промышленности страны попало в руки западных немцев, которые активно вели ее к банкротству. Зачем давать шанс конкурентам? 10 % досталось иностранцам. И только 5% смогли купить истинные хозяева земли, восточные немцы.
— Вас ограбили? — спрашиваю я бывшего гендиректора металлургического завода в городе Айзенхюттенштадт профессора Карла Деринга.
ЖЕНЩИНАМ ПРИШЛОСЬ ТРУДНЕЕ ВСЕГО
С Марианной, официанткой из кафе в Дрездене, мы сначала поругались, а потом подружились. Усталая женщина лет пятидесяти с такой силой швырнула мне на стол тарелку с чудесной свиной коленкой, что жир выплеснулся на скатерть. Я возмутилась сначала по-английски, а потом по-русски. Ее лицо неожиданно просветлело.
Извините, — сказала она по-русски с сильным акцентом. — Я раньше преподавала в школе русский язык, а теперь сами видите, чем занимаюсь. Ужасно приятно после стольких лет говорить по-русски, — сказала мне Марианна и рассказывала свою историю, — такую же, как у тысяч женщин из бывшего ГДР.
Когда пришли «вэсси», меня сразу вышвырнули с работы, как члена партии и учительницу русского. Всех нас подозревали в связях со «Штази». А про «Штази» «вэсси» создали сейчас целую легенду — мол, там работали звери. Как будто ЦРУ лучше! Была бы у нас хорошая разведка, ГДР еще бы существовала. Мужа моего тоже сократили, — он тогда работал на шахте в городке Хойерсверда (мы там жили раньше). Он этого не перенес. Спился, как многие. Для немцев работа — это все. Престиж, статус, самоуважение. Мы развелись, и он уехал на запад. Я осталась одна, с маленькой дочкой. Я еще не знала, что это только начало всех бед. На западе женщины в то время почти не работали. Не из-за лени. У них не было системы детских садов и яслей. Чтобы устроиться на работу, надо было платить дорогой няне, что практически съедало весь заработок. А если сидишь дома с ребенком пять-шесть лет, то теряешь квалификацию. Кому ты нужна после этого?
В ГДР все было устроено прекрасно: можно было выйти на работу уже спустя полгода после беременности. И нам это нравилось. Мы не домоседки. За детьми надежно и ответственно присматривали, занимались их ранним образованием. Пришли «вэсси» и отменили всю систему, закрыли большинство детсадов, а в оставшихся ввели такую плату, что большинству она была не по карману. Меня спасли родители, которых принудительно отправили на пенсию. Они могли сидеть с моей дочкой, а я металась в поисках работы. Но на мне стояло клеймо «неблагонадежной коммунистки». Я со своим университетским образованием работала даже уборщицей.
— Но разве вам не выплачивали пособие по безработице?
Почему я не еду за запад? Не хочу. Они пригласили к себе всю эту террористическую шваль. Полтора миллиона бездельников-беженцев, когда в самой Германии полно безработных! Я останусь здесь, потому что мы — настоящая Германия. Люди здесь патриоты. Вы видели? Здесь на всех домиках немецкие флаги. А на западе вы их не увидите. Это, дескать, может оскорбить чувства иностранцев. Я каждый понедельник хожу на митинг «Пегиды» — партии, которая выступает против исламизации Европы.
Приходите, и вы увидите настоящих немцев.
«ПУТИН В МОЕМ СЕРДЦЕ!»
Ситуацию проясняет молодой человек по имени Майкл.
— Почему вы так верите Путину? — удивляюсь я.
— Но здесь, в Восточной Германии, я почти не вижу иностранцев.
И мы сделаем все, чтоб вы их не увидели. Мы — не расисты. Но каждый, кто приезжает в эту страну, должен работать и уважать ее законы.
Я рассказываю Майклу о том, что я увидела в январе в Мюнхене. Юные истеричные дурехи, кричащие «Мюнхен должен быть цветным!», «Мы любим вас, беженцы!». Я помню, как пять тысяч либералов рвались избить сотню вменяемых людей, которые вышли с единственным лозунгом «Нет исламизации Германии!» Спасла их от мордобоя только полиция, дубинками расчистившая дорогу «фашистам».
Так это же «вэсси», — с непередаваемым презрением говорит Майкл. — Они верят всему, что пишут их глупые газеты. А мы родились в ГДР. Мы другие, и нас нелегко обмануть.
ИММУНИТЕТ К ПРОПАГАНДЕ
Вот чем мы похожи! Мы оба сошлись на этом выражении! Я и депутат от партии «Альтернатива для Германии» Йорг Урбан :
— Да, мы недоверчивы, восточные немцы и русские, и ненавидим все, что хоть отдаленно напоминает пропаганду. И это нас спасает от иллюзий. Западная Германия, как витрина идеального капитализма, 50 лет жила без проблем. Они выросли в том духе, что ничего с ними не может случиться. «Вэсси» не реалистичны и не способны разумно взглянуть на то, что происходит.
Люди в ГДР четко знали, что ложь — это необходимая часть жизни, по разным причинам. Им часто врали, и они знали, что им врут. Это, как ни странно, не мешало жить. Я был счастливым молодым человеком, прекрасно учился, получал стипендию и собирался дополнить свое образование за счет государства за границей. У меня была уверенность, что завтра все будет хорошо. А потом все рухнуло. Молодым проще, они гибкие. А теперь представьте взрослых людей, которые работали всю жизнь, а потом им сказали, что вы никому не нужны, ваш социализм был бредом. Они лишились работы и в моральном смысле получили по роже. Это было тяжелое время, крах иллюзий. Легче всего нас могут понять русские, вдруг утратившие идентичность во время перестройки и вновь обретающие ее сейчас.
«Вэсси», западные немцы, столько лет жили в гарантированном раю, что они не способны бороться. Их культура — это Кончита Вурст. Такой человек не способен драться за свою страну. А вот мы можем.
После этого приобретенного багажа знаний я хочу в ГДР, я хочу туда снова! Но уже не для колоритных и атмосферных фото, а посетить Карл-Макрс-Штадт и Сталинштадт и крепко задуматься. А Вы?