художник который рисовал котов и сошел с ума

Луис Уэйн: блеск, нищета
и сумасшествие

Луис Уэйн был звездой. Все его знали, любили его рисунки с котами, хотели что-нибудь под маркой «Луис Уэйн». Казалось бы, желать больше нечего. Но фортуна разлюбила художника. Слава ушла, репутация подорвана, деньги кончились, а неудачам не было конца. Так Луис Уэйн потерял самое ценное, что у него было — свою личность. Шизофрения оставила от художника лишь осколки разума да изуродованный талант. Никто не застрахован от ментального расстройства, даже вы. Поверьте на слово!

Луис Уильям Уэйн (Louis William Wain, 1860 –1939) родился в Кларкенуэлле, историческом районе в центре Лондона. Всякая семья выглядит не такой, какой является на самом деле, поэтому нам не узнать, что пережил Луис в раннем детстве. Известно, что его сёстры не вышли замуж, поэтому художник жил со своей семьёй почти до конца жизни. Благополучное неблагополучие, бриллиантовая скорлупа, наполненная гнилью.

Заячью губу Луис прятал под неизменными усами, но в детстве телесный порок видели все. Это был ещё один кирпич в стену будущей трагедии. Школьные занятия Луис прогуливал, и Лондон показывал сорванцу все оттенки уличной жизни. Окончив школу, Луис получил художественное образование в Западном Лондоне, потом преподавал в альма-матер, а после стал свободным художником. Рисунки деревенской жизни для печатных изданий, мечты о карьере портретиста собак. До успеха ещё далеко!

В 23 года у Луиса серьёзно испортились отношения с семьёй: в его жизнь вошла великая любовь — Эмили Ричардсон. Девушка работала гувернанткой, и не у каких-нибудь посторонних людей, а у сестёр Луиса. Ей было 33 года, чувства художника она принимала с теплотой и взаимностью. Матери Луиса это было не по нраву, но влюбленные плевать хотели на мнение родственников. Они уехали и стали жить вместе.

Казалось, жизнь только начинается. Ничто не мешало Эмили стать женой будущей знаменитости. Ничто, кроме рака лёгких. Чтобы порадовать Эмили, Луис купил маленького котёнка и назвал его Питером Великим. Уэйн выучил его разным трюкам: Питер мог носить очки и смотреть в книгу, как будто читает. Радость и смех — что ещё нужно любимой женщине, пусть даже в преддверии неминуемой смерти?

Питер Великий оказал неизгладимое влияние на творчество Луиса Уэйна, определил всю его карьеру. Сначала рисунки с Питером, потом изображения других кошек, а потом произошла странная перемена: кошки стали на задние лапы, оделись в человеческие одежды. На мордах появились эмоции, и они превратились в настоящие кошачьи лица. Эти кошки жили полнокровной жизнью: играли в крикет, справляли свадьбы, устраивали застолья, катались на коньках, спускались на санках, играли в карты, курили, позировали, воевали. Всё как у людей!

Так Луис добился успеха. Теперь художника знала вся страна. Открытки с его кошками были очень популярны, заказы шли постоянно. Можно было создавать шестьсот произведений в год и жить безбедно, но денег всегда не хватало. Луис продавал рисунки целиком, со всеми авторскими правами, и процентов ему не полагалось. Он был простодушен, доверчив и непрактичен. Какое-то время дела шли хорошо, можно было наслаждаться бешеным успехом, но вскоре начались проблемы.

Город Кент привлёк Луиса Уэйна к суду: он задолжал много денег. Пришлось уехать в Америку, которая радушно встретила английскую звезду. Выставки проходили с успехом, появились деньги, столь необходимые именно сейчас, в эти трудные дни. Наконец, всё можно решить, погасить долги. Но Луис вложил все деньги в изобретение. Чужое. Известно лишь, что оно было «чудесное», и не продвинулось дальше теории. Деньги пропали, а тут ещё Первая мировая война. За четыре года всего шесть заказов на иллюстрации для книг. Это ничто для звезды всей Англии! Точнее, бывшей звезды. После смерти матери в 1910 году Уэйн вернулся на родину, но уже совсем другим человеком.

Луис изменился, перестал быть добрым и мягкосердечным. Он обвинял сестёр в том, что они его обворовывают. Запирался у себя в комнате, часто переставлял мебель, писал бессмысленные тексты, бродил по ночным улицам. Он утверждал, что кинематограф похищает электричество из мозга, а потом спустил сестру с лестницы. Больше терпеть его было невозможно.

Луис Уэйн – это, в первую очередь, его рисунки с кошками. Он изобразил целое кошачье общество, так похожее на общество людей. Да, это искусство не про высокомерных богов, не про задумчивых святых, кичливых героев и изнеженных аристократов. Оно про нас с вами. Никакого морализаторства! Никакой натужной попытки возвышения духа! Ты смотришь и отдыхаешь душой. Техника работ разная: иногда очень классическая, иногда крайне простая, но почти всегда — ненавязчивая. Содержание правит балом! Творчество Луиса Уэйна доступно для всех.

Луис Уэйн рисовал кошек с людей. Он мог набросать в альбом человека с натуры, и получался кот с точно таким же выражением «лица». Этот милый котёнок, очевидно, срисован с младенца, или с фотографии младенца. Точнейшее попадание в образ!

А эта картина — типичная сцена из жизни Англии перенесена в кошачий мир. Вот зрители, чья ставка победила, вот те, чья проиграла. Вот еврейская семья, возможно, хозяева предприятия. А вот жокей насмехается над отстающими, неудачливый игрок рвёт билет. Так легко узнать себя в этих котах!

Страдая от психоза, Луис Уэйн рисовал котов как орнамент: сначала это был просто фон, который потом медленно, но верно захватывал содержание. Поля, деревья, дома, комнаты, накрытые столы, музыкальные инструменты — всего этого не существовало для кошачьего художника. Существовал только его причудливо изменяющийся внутренний мир.

В учебниках по психиатрии можно найти работы Луиса Уэйна. Шесть избранных произведений демонстрируют, как шизофрения меняет мышление художника. Эта серия не имеет аналогов. Когда говорят о Луисе, то вспоминают именно эти шесть рисунков.

Чем дольше протекала болезнь, тем меньше оставалось Луиса Уэйна. Разрушалась его личность. Разрушались коты. Да, шестая абстракция — тоже кот. Но попробуйте это доказать самому себе, и вам станет очень страшно. Так вы поймёте, что такое шизофрения.

Потерять рассудок очень легко, а вернуть почти невозможно. Берегите свой разум!

Источник

Луис Уэйн

Louis Wain

Луис Уэйн

Louis Wain

Заказать
репродукцию

Лу́ис Уи́льям Уэ́йн (англ. Louis William Wain; 5 августа 1860, Лондон — 4 июля 1939, Лондон, Великобритания) — английский художник, известный своими многочисленными антропоморфными изображениями котов, кошек и котят. Некоторые искусствоведы воспринимают художника как крупнейшего графика викторианской сказочной живописи.

Луис Уильям Уэйн родился 5 августа 1860 года в Клеркенвелл в Лондоне. Он был старшим ребёнком в семье, среди пяти сестёр, ни одна из которых никогда не вышла замуж. В возрасте тридцати лет самая младшая сестра была признана сумасшедшей и помещена в сумасшедший дом. Оставшиеся сёстры всю свою жизнь прожили с матерью, почти как и сам Луис, который прожил с матерью большую часть своей жизни. Мать Луиса занималась оформлением церквей и созданием узоров для турецких ковров.

В детстве Луис часто прогуливал школу и подолгу гулял по Лондону. Закончив учиться, Уэйн поступил в школу искусств Западного Лондона, а по её окончании некоторое время преподавал. Когда ему было 20 лет, его отец умер, и ему пришлось содержать свою мать и сестёр.

Вскоре после смерти отца Луис оставляет преподавание и становится свободным художником. В основном он рисует животных и деревенскую жизнь, сотрудничая с несколькими журналами, включая «Illustrated Sporting and Dramatic Newsruen» и «Illustrated London News». В 1880-х годах работы Луиса Уэйна изображали в большинстве своем английскую сельскую жизнь: дома, усадьбы и животных, которых ему приходилось зарисовывать на сельскохозяйственных выставках. В его работах того периода фигурирует много животных, умение рисовать которых он сохранил на всю жизнь. Одно время он собирался зарабатывать на жизнь, рисуя исключительно портреты собак.

В возрасте двадцати трёх лет Уэйн, вопреки воле семьи, женится на гувернантке своих сестёр Эмили Ричардсон, которая была старше его на десять лет, и переезжает жить к ней в Хэмпстед на севере Лондона. Вскоре у Эмили обнаруживается рак и она умирает через три года после свадьбы. Во время болезни единственным утешением Эмили был домашний чёрно-белый котёнок Питер (точнее, Питер Великий, в честь Петра Алексеевича). Чтобы порадовать Эмили, Уэйн обучил его различным трюкам: кот носил очки и сидел смирно перед книгой, делая вид, что читает. В это время сам Луис начинает рисовать с него многочисленные эскизы. Позже Уэйн писал о Питере: «Ему собственно и принадлежит заслуга в моей карьере и становлении моей работы». Питер изображён на многих ранних работах Уэйна.

В 1886 году Уэйн получает заказ на оформление детской книжки «Заведение мадам Табби». Первый рисунок Уэйна с похожими на человека кошками был опубликован в рождественском выпуске «llustrated London News» под названием «Рождественская вечеринка котят» (A Kittens’ Christmas Party). На рисунке, составленном из 11 секций, были изображены 150 кошек (многие из которых были похожи на Питера), отсылающие приглашения, держащие шарики, говорящие и играющие в игры. На этом рисунке кошки все ещё ходили на четырёх лапах, были без одежды и не имели того самого характерного для картин Уэйна выражения морды, так похожего на человеческое лицо. В последующие годы кошки Уэйна встали на задние лапы, стали широко улыбаться, использовать иную, почти человеческую мимику и носить обычную людскую одежду. На картинах Уэйна кошки играют на музыкальных инструментах, пьют чай, играют в карты, рыбачат, курят и слушают оперу.

На протяжении следующих 30 лет Уэйн активно творит, иногда создавая до 600 рисунков в год. Он иллюстрировал около сотни книг для детей, и его работы часто появлялись в газетах и журналах, включая «Ежегодник Луиса Уэйна» (Louis Wain Annual), который выходил с 1901 по 1915 год. Художник выступал также под псевдонимом Д. Г. Томпсон.

Это часть статьи Википедии, используемая под лицензией CC-BY-SA. Полный текст статьи здесь →

Источник

«Кошачьи миры Луиса Уэйна»: Камбербэтч в роли эксцентричного художника в новом фильме

Луис Уэйн (Бенедикт Камбербэтч) — усатый энергичный молодой человек, который едет на поезде на сельскохозяйственную выставку. Он весь в грязи, потому что только что подрался с быком. Но это не мешает ему рисовать Клеопатру — маленького шпица, едущего тут же с хозяином в поезде. У Луиса недавно умер отец, и он, как единственный мужчина в семье, обязан заботиться о матери и пяти младших сестрах. И поэтому вынужден браться за любую подработку, чтобы свести концы с концами в семейном бюджете. Сэр Уильям Ингрэм (Тоби Джонс) нанимает его в качестве штатного иллюстратора для The Illustrated London News. Вместе с тем у Луиса — куча других планов в голове: он готовит патент по электричеству (которое занимает его не меньше рисования), а еще написал настоящую оперу. Однажды его сестра нанимает гувернантку Эмили Ричардсон (Клэр Фой) для младших сестер. Эмили — такая же пылкая особа, как и Луис, социальным рангом ниже его и к тому же старая дева, но это не мешает начаться прекрасному роману между двумя людьми (конечно, осуждаемому в приличном обществе). Вскоре Эмили и Луис женятся и заводят котенка Питера в качестве домашнего питомца.

Тут надо оговориться, что кошек в XIX веке было принято заводить в семьях исключительно для ловли мышей, в то время как собаки считались аристократическими животными-компаньонами (и Уэйн поначалу рисовал их портреты). Именно иллюстратор Луис Уэйн — реальная историческая фигура — поменял привычки английского общества, заставив его восхищаться рисунками антропоморфных котов. Он представлял животных, до этого считавшихся спутниками ведьм, изящными членами семей, участвовавшими в светской жизни. Именно так в историю вошли не только рисунки Уэйна, но и сам художник, всю свою жизнь боровшийся с обилием страхов и комплексов — начиная с того, что он прятал свою заячью губу под усами, и заканчивая необоснованным страхом утонуть, которым страдал с детских лет. Говорят, у Уэйна была недиагностированная шизофрения, и режиссер Уилл Шарп посвятил темному миру, в котором художник провел вторую половину своей жизни, заключительную и более эмоционально неровную часть ленты.

В викторианской Англии пытались разгадать загадку возникновения электричества, и Уэйн был одним из первопроходцев

Сам фильм «Кошачьи миры Луиса Уэйна» не менее эксцентричен, чем человек в центре его повествования. Шарп беспрепятственно исследует жизнь Уэйна, затрагивая те аспекты, которые сформировали и вдохновили героя. Байопики в последнее время стали обычным делом в кинематографе, но Шарп рассматривает Уэйна как обычного страдающего человека, а не как икону, принесшую людям иной взгляд на котов. Разум Луиса очень подвижен. Он мгновенно рисует наброски, как будто пытается убрать с дороги все лишнее, чтобы сосредоточиться на вещах, занимающих его. Это в первую очередь электричество, сила и красота молний, которые привлекали его внимание. В викторианской Англии пытались разгадать загадку возникновения электричества, и Уэйн был одним из первопроходцев в этом деле. К сожалению, тот хаос, в который он погрузился после смерти любимой жены, навсегда поменял не только его внешность (загримированный под старика Камбербэтч практически неузнаваем), но и его личность. И если милые кошки — недостаточный повод, чтобы посмотреть этот фильм, то вторая убедительная причина — это головокружительная одиссея художника в мир любви и смерти, которые часто дышат друг другу в спину.

Источник

Гениальный шизофреник, или Кошачий мир Луиса Вейна

Аниматоры Disney и Pixar создают очаровательные образы животных, которые ходят на двух ногах, разговаривают и ведут быт, совсем как люди. Мало кто знает, что до определенного времени вот такое «очеловечивание» кошек, собак, быков и прочих представителей животного мира считалось неправильным и неприличным. И только в конце 19 века появился художник, который в одиночку принялся внедрять в культуру антропоморфные изображения котов. Знакомьтесь, Луис Уэйн (Louis William Wain) — британский художник, иллюстратор, один из крупнейших графиков сказочной живописи викторианской эпохи, борец за права животных. И, как оказалось, человек с неуравновешенной психикой, шизофреник.

Луис Уэйн был первенцем в многодетной семье текстильщика и рисовальщицы узоров для турецких ковров. Он был физически слабым ребенком, поэтому в школу поступил после 10 лет, но особой любовью к науке не отличался, часто прогуливал уроки и бесцельно бродил по улицам Лондона. При этом задатки творческой личности были налицо (сказались гены матери), и Луису все-таки удалось поступить на обучение в школу искусств, удачно ее закончить и после выпуска стать преподавателем рисования.

Отец умер, когда Уэйну исполнилось 20 лет. Это событие переломило его жизнь — теперь на плечи легкомысленного художника легла забота о матери и пяти сестрах, ни одна из которых впоследствии так и не вышла замуж. Луис зарабатывал рисунками для популярных журналов, портретами животных, пасторальными пейзажами. И все время пытался вырваться на свободу, измотанный неустанными просьбами и требованиями семейства.

Женитьба на Эмили Ричардсон, гувернантке младших сестер, которая оказалась старше Уэйна на 10 лет, стала одним из жестов отчаяния. Впрочем, он не увенчался успехом — через три года Эмили скончалась от рака груди, а Луис вернулся к матери. И принес с собой кота Питера, который был едва ли не единственным развлечением больной Эмили. Художник научил Питера носить очки, сидеть с умным видом перед книгой, ходить на задних лапах. И стал делать эскизы. Позже Луис говорил, что именно Питер Великий (да, кот получил имя Петра Первого) подтолкнул его к творческому развитию и помог заложить основы нового направления.

Первые рисунки были классическими портретами, но вот в предновогоднем выпуске одного из лондонских журналов вышла иллюстрация «Рождественская вечеринка котят», где 150 кошек совершали вполне человеческие действия. Этот рисунок называют первым антропоморфным изображением животных. Позже Уэйн поставил кошек на задние лапы, переодел их в человеческие одежды, а на мордочках изобразил человеческую мимику.

Кошки играли на музыкальных инструментах, занимались спортом, ходили на прогулки под зонтом и вообще вели себя как люди. Консервативное общество неожиданно тепло отреагировало на эксперименты иллюстратора и вскоре его рисунки завоевали огромную популярность. Плодовитый художник проработал более 30 лет, рисовал по шестьсот рисунков в год, проиллюстрировал сотню детских книг, множество журналов и стал авторов «Ежегодника Луиса Уэйна». Особым спросом пользовались яркие почтовые открытки.

При этом популярность не помогла Луису ни разбогатеть, ни продержаться «на плаву». Художник оставался единственным кормильцем семьи, не умеющим распоряжаться заработанными средствами и в результате сбежавшим от кредиторов за океан. В Англию Уэйн вернулся после смерти матери. И жил на грани нищеты, перебиваясь редкими заказами на иллюстрирование книг.

Талант Уэйна объясняли эксцентричностью, наивностью и любовью фантазировать. Когда мастеру исполнилось 57 лет, у него появились первые признаки шизофрении. Он уходил из дома, бродил ночами по лондонским улицам, устраивал сестрам безумные скандалы, обвинял окружающих в воровстве. Однажды в припадке художник столкнул одну из сестер с лестницы, что стало причиной для госпитализации Луиса в психиатрическую лечебницу. Затем его перевели в королевскую больницу, где разрешили общаться с кошками и рисовать. И многие рисунки до сих пор хранятся в музее при больнице.

Искусствоведы иногда относят творчество Уэйна к арт-брюту, хотя это не совсем правильно, ведь он получил профильное образование. Но невозможно отрицать влияние психического заболевания на наполнение, выразительность, самобытность рисунков безумно гениального художника.

Источник

«Кошачьи миры Луиса Уэйна»: Камбербэтч рисует антропоморфных кошек и сходит с ума

Луис Уэйн — юный джентльмен, обремененный долгами, семьей, и дурной наследственностью. На его шее сидит мать и пятеро сестер, все в разной мере эксцентричные: старшая Кэролайн, например, бегает по дому с огромным ножом, младшая, Мари, страдает острой формой шизофрении. «В нашей семье «странность» — вторая фамилия, — гордо заявляет матушка на обеде новой гувернантке. Гувернантка лет на десять старше Луиса, и не ровня ему по социальному статусу, но это не помешает ему сделать предложение. Брак продлится три года, ненадолго усмирит демонов в голове Уэйна, а кроме того, подарит ему вдохновение на всю жизнь – черно-белый котенок Питер станет их с женой любимым питомцем, и, можно сказать, музой.

Викторианская Англия подарила миру немало гениальных сумасшедших, и Луис Уэйн, безусловно, не последний ее экземпляр. Уэйн прославился портретами кошек, крайне похожими на людей, курящими сигары, играющими в покер, выносящими мусор и укачивающими младенцев. Кроме того, часть этих портретов были написаны в такой замысловатой психоделической технике, к которой хиппи придут только много десятилетий спустя (и мандала-раскраска «Котик» — это тоже, представьте, его наследие). Коты эти были в большой моде сто лет назад, выгодно отличаясь от чопорной классической живописи – жизнерадостный китч скрашивал англичанам непростой период Первой Мировой войны, и сразу после нее (среди фанатов был и Герберт Уэллс). Но для самого Уэйна, как водится, котики были не просто котики, а побег от чудовищной реальности, и от безумных кошмаров в голове.

Для Бенедикта Камбербетча роль Уэйна – логическое продолжение других его ролей: актер исследует чертоги человеческого разума, и этот путь еще далек от завершения. Но особенности «Кошачьих миров Луиса Уэйна» (2021) в том, что нам предлагается посмотреть на мир глазами сумасшедшего – а это как полтора часа крутить трубку детского калейдоскопа. Разноцветные стеклышки складываются в замысловатые узоры, распускаются фантастические цветы, лимонные деревья цветут, как пел Леонард Коэн. Потом в калейдоскопе что-то ломается, и наступает мрак, с неба начинает лить вода, и кто-то обязательно умирает.

Проводником между этими мирами становятся котики, которых в фильме много, самых разных, в том числе говорящих. Авторы утверждают, что это благодаря Уэйну кошек стали заводить в качестве домашних животных (сам Луис был чуть ли не первым аристократом-котовладельцем. («Я беспокоюсь за твое душевное здоровье. Питомец – кот?!» — ужасается его друг). Хотя бы за это кошатники всего мира, и автор этого текста, говорят ему большое спасибо. Что до личной драмы аристократа с дурными генами, и его достаточно странной живописи – это, конечно, дело вкуса (нравятся ли вам калейдоскопы? Мандалы? Психоделические коты с глазами-блюдцами?). Вон, Тим Бертон тоже снял кино про странного художника, и его еще более странные картины — и если, посмотрев его «Большие глаза» вы остались в недоумении, то и сейчас лучше не пробовать.

Источник