взыскание ущерба с работодателя виновника дтп судебная практика

ВС решал, когда нельзя взыскать упущенный доход с виновника ДТП

15 месяцев больничного

В сентябре 2017-го Семен Горин* на своем Mitsubishi поворачивал налево во двор, при этом не пропустил встречного мотоциклиста, врезавшись в него. За рулем байка сидел прапорщик Росгвардии Сергей Цветов*, который серьезно пострадал в той аварии: врачи оценили причиненный ему вред как тяжкий. Виновником аварии признали Горина, так как именно он нарушил правила дорожного движения. В ноябре 2017-го Головинский райсуд Москвы приговорил его к 1 году ограничения свободы, а еще на 2 года запретил управлять авто (дело № 01-0493/2017).

Из-за аварии Цветов находился на больничном больше года. На протяжении 15 месяцев он получал денежное довольствие как сотрудник Росгвардии (в соответствии с приказом Федеральной службы войск национальной гвардии от 26 сентября 2017 года № 406). Ежемесячно ему платили сумму, равную его обычной зарплате.

А еще Цветов получил страховку от «Макса» по госконтракту – 246 000 руб. За компенсацией росгвардеец обратился и в СПАО «Ресо-Гарантия», страховую виновника ДТП. Он просил возместить не только сумму, необходимую на ремонт мотоцикла, а еще утраченный доход и деньги за экипировку: от столкновения шлем и специальный костюм пришли в негодность. Страховая выплатила Цветову 320 000 руб. за ущерб его байку, 160 000 руб. за вред здоровью и 340 000 руб. утраченного заработка. А перечислять деньги за испорченное обмундирование для езды на мотоцикле отказалась, так как в постановлении об административном правонарушении не было информации, что водитель действительно был в шлеме и костюме.

Иск к виновнику ДТП

С начисленной суммой Цветов не согласился, он провел независимую оценку мотоэкипировки. Согласно заключению, больше ею пользоваться нельзя, а такая же стоит почти 58 000 руб. Тогда пострадавший обратился в суд. В своем иске он просил взыскать с виновника столкновения еще 640 000 руб. утраченного заработка, 1 млн руб. в качестве компенсации морального вреда, 58 000 руб. за испорченную экипировку и штраф уже со страховой.

Его иск Головинский райсуд Москвы удовлетворил частично. Первая инстанция решила, что, по сообщению ГИБДД, водитель мотоцикла был в защитном шлеме и амуниции. Значит, пострадавший может взыскать ее стоимость с «Ресо-Гарантии», а еще штраф (почти 28 000 руб.).

Суд согласился, что в силу ст. 1085 ГК («Объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья») тот, чьему здоровью нанесен вред, может потребовать возместить утраченный им доход. Эту сумму первая инстанция рассчитывала из среднедневного заработка истца. Почти за 15 месяцев больничного он должен был получить 980 000 руб. Из них суд вычел деньги, которые уже выплатили две страховые (340 000 и 246 000 руб.). Полученную сумму (394 000 руб.) он взыскал с Горина, а еще и компенсацию морального вреда, 250 000 руб. (дело № 02-1519/2019).

Апелляция не согласилась только с расчетами, она решила, что при определении утраченного заработка нужно было учитывать не среднедневной, а среднемесячный доход. Получилось, что Горин должен заплатить 372 000 руб., а не 394 000 руб. В остальной части акт он оставил без изменения (дело № 33-8051/2020). Решение «устояло» и в кассации. Тогда Горин пожаловался в Верховный суд (дело № 5-КГ21-4-К2). Он решил, что вообще не должен был компенсировать пострадавшему утраченный заработок, ведь каждый месяц на больничном тот получал сумму своей обычной зарплаты. То есть в деньгах из-за аварии не потерял совсем.

Как взыскать то, что не утратил?

На заседание ВС, которое прошло 29 марта 2021 года, пришли представитель кассатора Анна Селиванова, Цветов вместе с представителем Евгением Ивановым и прокурор. Председателем в процессе была Людмила Пчелинцева. Селиванова сказала, что у истца нет как такового утраченного заработка. Это подтверждает справка 2-НДФЛ. Ежемесячно на больничном он получал сумму, которая равна его зарплате. То есть требование о компенсации этой суммы суды вообще не должны были удовлетворять, отметила Селиванова.

После этого Пчелинцева спросила у Иванова, что именно утратил его доверитель в этот период. Но ответить он не смог.

– Предположим, человек попал в такую аварию. Не работает, лечится. Зарплата была 100 000 руб., пособие по временной нетрудоспособности ограничено – 65 000 руб. То есть вместо 100 000 получил 65 000. Вот тут 35 000 не хватает, утратил. А здесь что человек утратил? Хоть на рубль меньше денежного довольствия получил в этот период времени? – вновь спросила Пчелинцева у Иванова.

– Нет, – сказал Иванов.

После этого председатель поинтересовалась уже у Цветова, получал ли он денежное довольствие в полном объеме. Он ответил утвердительно.

– А что тогда утратили? – спросила Пчелинцева.

– По факту [ничего] не утратил, – сказал истец.

«Ну а что ж тогда взыскиваете с человека, если не утратили, логика где?» – возмутилась председатель.

Прокурор в своем заключении согласился, что суды незаконно взыскали с Горина компенсацию утраченного заработка, поскольку его работодатель уже в 100% объеме компенсировал эти деньги. После этого тройка ненадолго удалилась в совещательную комнату, и через 15 минут судьи огласили решение: акты трех инстанций отменить в части взыскания утраченного дохода, а дело в отмененной части вернуть в первую инстанцию.

Источник

Самого по себе факта признания работника виновным в совершении ДТП недостаточно для привлечения его к полной материальной ответственности

BCFC / Shutterstock.com

Верховный Суд Российской Федерации отменил постановления судов нижестоящих инстанций, которыми с сотрудника органов внутренних дел была в полном размере взыскана сумма ущерба, причиненного нанимателю.

Обстоятельства дела складывались следующим образом. Сотрудник УМВД по г. Белгороду при исполнении своих служебных обязанностей стал виновником ДТП. В пользу пострадавшей в аварии стороны с нанимателя сотрудника была взыскана сумма ущерба. В свою очередь, УМВД обратилось в суд с целью взыскания указанных расходов с сотрудника. Суды первых двух инстанций удовлетворили требования истца в полном объеме.

Однако с этим не согласился ВС РФ. Согласно ст. 238 Трудового кодекса работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым, в частности, понимаются затраты работодателя на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лица. При этом по общему правилу работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка (ст. 241 ТК РФ), и лишь в случаях, предусмотренных ТК РФ и иными федеральными законами, работник может нести материальную ответственность в полном размере причиненного ущерба. Одним из таких случаев является причинение ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом (п. 6 ч. 1 ст. 243 ТК РФ).

Как указано в п. 12 постановления Пленума ВС РФ от 16 ноября 2006 г. № 52, работник может быть привлечен к полной материальной ответственности на основании приведенной нормы, если по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении судьей, органом, должностным лицом, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях, было вынесено постановление о назначении административного наказания, поскольку в указанном случае факт совершения лицом административного правонарушения установлен. Если работник был освобожден от административной ответственности за совершение административного правонарушения в связи с его малозначительностью, о чем по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении было вынесено постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении, и работнику было объявлено устное замечание, на такого работника также может быть возложена материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба, так как при малозначительности административного правонарушения устанавливается факт его совершения, а также выявляются все признаки состава правонарушения и лицо освобождается лишь от административного наказания.

Таким образом, подчеркивает ВС РФ в рассматриваемом определении, на основании п. 6 ч. 1 ст. 243 ТК РФ в полном размере причиненного ущерба материальная ответственность может быть возложена на работника только в случае вынесения соответствующим уполномоченным органом в отношении работника одного из следующих документов:

Однако, хотя сотрудник внутренних дел и был признан виновником ДТП, сведений о том, что в отношении него выносилось одно из таких постановлений, в деле не имеется. В связи с этим ВС РФ не усмотрел оснований для привлечения сотрудника к полной материальной ответственности и отправил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Отметим, что не любое нарушение ПДД может рассматриваться в качестве административного правонарушения. Если причиной ДТП, в результате которого работодателю был причинен ущерб, послужило такое противоправное действие работника, которое при этом не является административным правонарушением, оснований для привлечения работника к полной материальной ответственности по п. 6 ч. 1 ст. 243 ТК РФ не имеется (например, определения Белгородского областного суда от 21 мая 2013 г. № 33-1707, Ленинградского областного суда от 20 декабря 2012 г. № 33-5627/2012, Саратовского областного суда от 18 июня 2013 г. № 33-3586, Суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 4 марта 2013 г. № 33-428).

Источник

Взыскание ущерба с работодателя виновника дтп судебная практика

Программа разработана совместно с АО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Обзор документа

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23 мая 2016 г. N 4-КГ16-15 Суд направил на новое рассмотрение дело о компенсации морального вреда, поскольку на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Пчелинцевой Л.М.,

судей Кириллова В.С. и Жубрина М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 23 мая 2016 года гражданское дело по иску Томина Д.П. к открытому страховому акционерному обществу «Ингосстрах», Кудрявцеву С.Ю. о возмещении вреда здоровью, взыскании ущерба, компенсации морального вреда по кассационной жалобе Кудрявцева С.Ю. на решение Лобненского городского суда Московской области от 4 августа 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 3 августа 2015 года, которыми исковые требования удовлетворены частично.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кириллова В.С., выслушав объяснения Кудрявцева С.Ю. и его представителя Фроловой Е.П., поддержавших доводы кассационной жалобы, возражения на кассационную жалобу представителя Томина Д.П. по доверенности Томиной Н.С., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Власовой Т.А., полагавшей обжалуемые судебные постановления подлежащими отмене,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Определением Лобненского городского суда от 5 сентября 2013 года принят отказ Томина Д.П. от иска к ОАО «Атомпромбезопасность» о возмещении вреда здоровью, взыскании ущерба и компенсации морального вреда, производство по делу в этой части прекращено.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 3 августа 2015 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе Кудрявцева С.Ю. ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены судебных постановлений, как незаконных, в части удовлетворения исковых требований к Кудрявцеву С.Ю. и принятия по делу в этой части нового решения об отказе в удовлетворении требований.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы Кудрявцева С.Ю. судьей Верховного Суда Российской Федерации Кирилловым В.С. 25 февраля 2016 года дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и его же определением от 22 апреля 2016 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражения на нее, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены в кассационном порядке судебных постановлений в обжалуемой части.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела имеются такого характера существенные нарушения норм права, допущенные судами первой и апелляционной инстанций, и они выразились в следующем.

Постановлением судьи Головинского районного суда г. Москвы от 15 июля 2011 года Кудрявцев С.Ю. признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 2500 руб.

На момент дорожно-транспортного происшествия Кудрявцев С.Ю. состоял в трудовых отношениях с ОАО «Атомпромбезопасность» и управлял принадлежащим на праве собственности ОАО «Атомпромбезопасность» автомобилем «тойота ленд крузер», следуя маршрутом по заданию работодателя.

Гражданская ответственность при использовании автомобиля «тойота ленд крузер», принадлежащего ОАО «Атомпромбезопасность» на праве собственности, была застрахована в ОСАО «Ингосстрах», которое выплатило Томину Д.П. страховое возмещение в размере стоимости восстановительного ремонта скутера 43 201,94 руб. и других расходов 443,20 руб., всего 43 645,14 руб. При этом страховой компанией из страховой выплаты были исключены расходы по оценке стоимости восстановительного ремонта скутера в сумме 7000 руб., а также почтовые расходы, признанные страховой компанией нецелесообразными.

Заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», проведенной на основании определения Лобненского городского суда Московской области от 5 сентября 2013 года, установлено, что имеющиеся у Томина Д.П. телесные повреждения могли образоваться 29 апреля 2011 года в условиях дорожно-транспортного происшествия и квалифицируются как вред здоровью средней тяжести. Оперативное лечение при подобных травмах требуется как в остром периоде, так и спустя длительное время (от 6 недель до нескольких лет) после травмы.

Определением Лобненского городского суда от 5 сентября 2013 года принят отказ Томина Д.П. от иска к ОАО «Атомпромбезопасность» о возмещении вреда здоровью, взыскании ущерба и компенсации морального вреда, производство по делу в этой части прекращено.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции в части взыскания названных выплат с Кудрявцева С.Ю.

Вместе с тем, по мнению суда апелляционной инстанции, вследствие отказа представителей Томина Д.П. от исковых требований к ОАО «Атомпромбезопасность» исключена обязанность работодателя возместить пострадавшему лицу вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей, и, следовательно, исключена и обязанность Кудрявцева С.Ю. в будущем нести ответственность по возмещению ущерба в порядке регресса перед работодателем. Учитывая данные обстоятельства, а также то, что размер компенсации морального вреда, взысканного судом первой инстанции с Кудрявцева С.Ю., определен судом с учетом требований разумности и справедливости, суд апелляционной инстанции оставил без изменения решение суда первой инстанции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций в части удовлетворения исковых требований Томина Д.П. к Кудрявцеву С.Ю. о компенсации морального вреда, взыскании почтовых расходов и расходов по оплате услуг представителя основаны на неправильном применении и толковании норм материального права, регулирующих возникшие отношения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 2 этой же нормы установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

На основании абзаца второго статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

При этом юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абзац первый пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации определены условия возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности (статьи 241, 242, 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

Доводы судебных инстанций в обоснование вывода о взыскании компенсации морального вреда с Кудрявцева С.Ю. о том, что факт отказа представителей Томина Д.П. от исковых требований к ОАО «Атомпромбезопасность», который принят судом, является основанием для взыскания компенсации морального вреда с его непосредственного причинителя, то есть лица, управлявшего в момент дорожно-транспортного происшествия транспортным средством, являются неправомерными, поскольку основаны на ошибочном толковании и применении норм материального права.

Ссылки суда апелляционной инстанции на то, что вследствие отказа представителей Томина Д.П. от исковых требований к ОАО «Атомпромбезопасность» исключена обязанность работодателя возместить пострадавшему лицу вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей, и тем самым исключена обязанность Кудрявцева С.Ю. (работника) в будущем нести ответственность по возмещению ущерба в порядке регресса перед работодателем, несостоятельны, поскольку на основании пункта 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Следовательно, право регрессного требования работодателю предоставлено законом (глава 39 Трудового кодекса Российской Федерации), тем самым регрессные требования могут быть удовлетворены только по иску работодателя, при этом положениями Трудового кодекса Российской Федерации обязанность такого обращения работодателя с регрессными требованиями к работнику не установлена. Взыскание же с виновного в аварии компенсации морального вреда со ссылкой на процессуальные особенности дела является незаконным, не соответствующим положениям норм материального права, регулирующих спорные отношения, и нарушающим права Кудрявцева С.Ю.

Судебными инстанциями при разрешении спора были допущены также существенные нарушения норм процессуального права.

Гражданское процессуальное законодательство определяет, что в исковом заявлении должно быть указано требование истца к ответчику и обстоятельства, на которых истец основывает свое требование (статьи 131 и 151 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В связи с этим, предметом иска является то конкретное материально-правовое требование, которое истец предъявляет к ответчику и относительно которого суд должен вынести решение по делу.

В соответствии с частью 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска.

Пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 «О судебном решении» обращено внимание судов на то, что заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из протокола судебного заседания от 5 сентября 2013 года (т. 1 л.д. 127 оборот), представители истца Томина Н.С. и Шишков В.Н. отказались от исковых требований к ОАО «Атомпромбезопасность», указывая, что данное общество является ненадлежащим ответчиком по делу. Между тем процессуальный порядок замены ненадлежащего ответчика по делу регулируется статьей 41 ГПК РФ и не предусматривает возможность прекращения производства по указанному основанию.

Как видно из материалов дела, при рассмотрении дела в суде первой инстанции Томин Д.П. неоднократно, в соответствии с частью 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, изменял исковые требования. При этом суд первой инстанции, в нарушение части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая отказ представителей истца от иска к ОАО «Атомпромбезопасность» о возмещении вреда здоровью, взыскании ущерба и компенсации морального вреда, не учел, что Томин Д.П. в уточненном исковом заявлении от 21 июля 2013 года (принятым протокольным определением суда первой инстанции от 29 июля 2013 года), указал в качестве ответчика по требованиям о компенсации морального вреда только Кудрявцева С.Ю., требования о компенсации морального вреда к ОАО «Атомпромбезопасность» им не заявлялись.

Судом апелляционной инстанции названные нарушения положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, допущенные судом первой инстанции, не устранены.

Более того, частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно их.

Таким образом, задачей суда апелляционной инстанции является проверка законности и обоснованности судебных постановлений суда первой инстанции, правильности применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов участников гражданских, трудовых (служебных) и иных правоотношений.

При установлении оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе нарушения или неправильного применения норм материального права или норм процессуального права (пункт 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), суд апелляционной инстанции вправе, в соответствии с пунктом 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам рассмотрения апелляционных жалоб, представления отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда, рассматривая апелляционную жалобу Кудрявцева С.Ю. и придя к выводу о том, что суд первой инстанции, прекращая производство по делу в части требований Томина Д.П. к ОАО «Атомпромбезопасность» о компенсации морального вреда, допустил судебную ошибку, приняв отказ истца от иска в этой части и возложив обязанность компенсации морального вреда на Кудрявцева С.Ю., в нарушение требований приведенных норм процессуального закона, данную ошибку не устранила и не разрешила возникший спор в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к возникшим между сторонами отношениям.

С учетом изложенного обжалуемые судебные постановления нельзя признать законными в части удовлетворения исковых требований Томина Д.П. о взыскании с Кудрявцева С.Ю. компенсации морального вреда, почтовых расходов и расходов на оплату услуг представителя, поскольку они приняты в данной части с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, что согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений в указанной части и направления дела на новое апелляционное рассмотрение в суд апелляционной инстанции в целях соблюдения разумного срока судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и выполнения судом апелляционной инстанции возложенной на него законом обязанности по проверке законности и обоснованности решения суда первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует разрешить спор в соответствии с требованиями закона и установленными обстоятельствами.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила:

Обзор документа

В результате ДТП гражданин получил травму. Авария произошла по вине водителя, выполнявшего маршрут на машине своего работодателя по его же заданию.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ пришла к выводу, что компенсация морального вреда в пользу потерпевшего должна взыскиваться не с водителя, а с его работодателя.

Владельцем источника повышенной опасности не признается лицо, управляющее им в силу трудовых отношений с его владельцем (водитель, машинист, оператор и другие). Оно не отвечает перед потерпевшим за вред, причиненный этим источником.

Тот факт, что судом был принят отказ от исковых требований к владельцу машины, не является основанием для взыскания компенсации морального вреда с его непосредственного причинителя.

Ее взыскание с виновника ДТП со ссылкой на процессуальные особенности дела является незаконным.

Источник